— Получится? — с сомнением спросил Павел.

— Да конечно! — бодро отозвался Валера. — Так, я побежал договариваться, будь на связи.

Он первым положил трубку, оставив Павла в недоумении. Так, значит надо позвать Боткина в кафе… И сказать, что этот главный врач — друг семьи.

И потом капать на мозги.

Главное — не перепутать.

* * *

Я добрался до кабинета Лениного отца, и, предварительно постучав, решительно зашёл внутрь.

— Боткин Константин Алексеевич, — недовольно процедил Михаил Тарасов. — И что же на этот раз вам нужно в моём отделении? Снова пришли поучить меня, как воспитывать дочь?

— Во-первых, доброе утро, — вежливость — оружие победителей. — Во-вторых, я не собираюсь вас учить, как воспитывать детей. Но Лена — уже не ребёнок. Поэтому вам не стоит играть ею, как куклой.

Этой простой фразой я уже вывел отца Тарасовой из себя. Он мгновенно покраснел, и принялся тяжело дышать.

— Это не ваше дело, Боткин, что происходит у нас в семье, — заявил он. — Вы слишком много на себя берёте. Указываете мне, с кем дочери лучше строить личную жизнь, а теперь пришли указывать, как ей лучше работать.

— Вы что-то путаете, — улыбнулся я. — Всё это делаете вы. Я ещё даже не успел ни слова сказать про цель своего визита. Но вы уже заранее поняли, что это связано с работой Лены. Да, вы правы. Это связано с её переводом в ваше отделение, которого девушка совсем не хочет.

— Мало ли, что она там хочет, — хлопнул ладонью по столу Михаил Тарасов. — Я её отец, и этот вопрос решать мне! Не лезьте не в своё дело. Может вы и хороший врач, выступающий на телеконференциях, спасающий людей и пишущий статьи, но это не значит, что вы достойны моей дочери!

Вот это он смёл всё в одну кучу, конечно. По его логике мои действия сейчас направлены на то, чтобы быть с Леной. Да и вообще, все мои поступки были совершены с одной-единственной целью.

— Я сейчас не руки вашей дочери пришёл просить, — строго ответил я. — А пришёл, потому что она не хочет работать в отделении неврологии. И силой вы её не заставите. Поэтому хватит уже портить дочери жизнь.

Лена не могла набраться смелости сказать это сама, поэтому пришлось мне. Я не боялся этого человека, чтобы говорить подобное прямо в лицо.

— А я ещё раз повторяю, что это не вам решать! — уже не сдерживая себя, выкрикнул отец Лены. — Вы никак на это не повлияете!

А вот тут он ошибается. Я повлияю на это на нескольких уровнях. Если он сам не задумается, есть множество других вариантов.

Мы живем в то время, когда люди сами вольны решать, где работать. Однако все осложняют связи между членами рода. Только поэтому Лена не может просто взять и отказаться от этого предложения.