Остальные рецепты, насколько я понял, у нас не совпадали.

— Зато для детей я догадался сделать ягодные вафли, — Валерий Петрович не на шутку раззадорился с этого разговора. — А у вас какие-то леденцы да пряники.

— Фруктовые леденцы подразумевали и ягодные вкусы, — усмехнулся я. — Кроме того, для детей важен ещё и интерактив. В моих пряниках будут находиться предсказания, или, например, загадки. Детей такое особенно привлекает.

Мой оппонент громко фыркнул, но его аргументы закончились.

— Если это все ваши доказательства кражи рецептов, то вам стоит немедленно извиниться перед Боткиным, — заявил барон Кантемиров. — Или я вообще сниму вас с соревнований.

— Прошу прощения, — сквозь зубы выдавил тот, и поспешил отойти.

Пришло время переходить к самой дегустации. Перед каждым из собравшихся людей поставили поднос, на котором лежали образцы сладостей для всех групп. И дегустация началась.

После тщательных проб каждый из этой группы записывал свой голос, и кидал его в коробку.

Вскоре начался подсчёт голосов.

— Два голоса за Пашина Валерия Петровича и тринадцать голосов за Боткина Константина Алексеевича, — громко заявил Анатолий Кириллович. — Поздравляю, Константин, ваши рецепты выиграли!

— Поздравляю! — кажется, барон Кантемиров обрадовался чуть ли не больше, чем я сам. — Константин, и отдельно я хотел бы извиниться, за весь этот цирк. Посчитал, что так будет правильнее. Не предвзятее, что ли. И вы лишний раз показали, что лучший кандидат для подобного дела.

— До поры до времени, — гордо добавил Валерий Петрович, и покинул кондитерскую.

Брат его кинул на меня гневный взгляд, но уйти не мог — ему ещё предстояло саму кондитерскую закрывать. Он же работал тут продавцом. Поэтому он только и ограничился, что этим гневным взглядом.

— Рад, что всё так разрешилось, — улыбнулся я.

— Прошу, я заранее подготовил первую часть обговоренной суммы, — барон Кантемиров лично протянул мне конверт с деньгами. — И ещё хотел бы пригласить вас завтра на ужин. Отметим вашу победу и начало нашего сотрудничества. Заодно обсудим, когда лучше провести фотосессию.

— Фотосессию? — переспросил я.

— Я же говорил идею, на этой линейке сладостей будет надпись «одобрено доктором Боткиным», — поспешно ответил барон. — И я подумал, что фотография тоже будет кстати. Если вы не против, конечно.

О таком он меня заранее не предупреждал. Но в принципе, против я не был. Покрасоваться на обёртках от разработанных сладостей даже чем-то необычно.

— Завтра обговорим, — кивнул я. — Во сколько приезжать?

— Давайте в девять вечера, — отозвался Кантемиров. — Можете взять и вашу девушку с собой.