— Вам, наверное, интересно, что происходит? — улыбнулся я.

— Нет, пришли просто на тебя полюбоваться, — буркнул Шуклин. — Я ничего не понял.

— С т-тобой такое ч-часто, но т-тут даже я в растерянности, — добавил Болотов.

— Что ты там вякнул? — разозлился Павел.

Так, пора им всё объяснить. Пока они ещё между собой не передрались.

— Господа, всё очень просто, — заявил я. — Эдуард Валентинович вместе с нашим уже бывшим коллегой Соколовым с помощью денег последнего решили сместить Зубова с его места. Козлов мечтал об этом уже давно, Соколов этому способствовал в своих целях. Виновные сейчас будут наказаны, Зубов снова вернётся на место заведующего, а мы продолжим интернатуру.

— Ничего не понял, — буркнул Шуклин. — Как это всё получилось?

— Дело вряд ли только в тех петициях, — добавила Лена.

Дело вообще не было в петициях. Ими я усыпил бдительность Соколова. Он действительно умудрился всего за один день обнаглеть настолько, что занял кабинет Козлова.

Мне нужно было создать видимость, что строится какой-то заговор. И при этом он был уверен, что этот факт ничего не изменит. А на самом деле план был гораздо сложнее. Просто Роман оказался слишком самоуверенным и не заметил, что происходит вокруг.

— Всё объяснять долго, — спокойно ответил я. — Суть я сказал, а дальше надо ждать Зубова.

Ждать пришлось не очень долго, и наставник скоро появился в ординаторской.

— Я вернулся, птенцы мои! — провозгласил он. — А вас стало на одного меньше. Один из птенцов оказался просроченной рыбиной.

— Соколова всё-таки уволили? — удивился Шуклин. — За что?

— За неуместное для любого уважающего себя птенца поведение, — ответил Зубов. — А теперь, если не хотите новых дежурств, быстро разлетелись по пациентам!

— Так у нас нет их, Михаил Анатольевич, — проговорила Лена. — Эдуард Валентинович нам никого не поручал.

— А проявить инициативу? — вздохнул наставник. — Эх, многому же мне вас ещё научить придётся! Возвращайтесь к палатам, которые я вам поручал, и занимайтесь больными. Мухами!

— Т-так теперь в-вы снова наш наставник? — уточнил Болотов.

— Специально для вас, мой любитель клизм и мазков, могу официальную бумажку показать, — усмехнулся Зубов. — Марш, я сказал!

Тарасова и Болотов быстро упорхнули работать, Шуклин неохотно поплёлся к своему одному-единственному пациенту. И мы остались вдвоём.

— Как всё прошло? — спросил я. — Когда вскрылось, что у вас нет лицензии на частную медицинскую деятельность?

— Всё по плану, — ответил Зубов. — Выяснилось, что Козлов наврал про наличие у него гастроэнтерологического аспекта. Он убедил всех, что получил его год назад, но это оказалось ложью. Уже только за это его могли бы уволить. Я намекнул про имеющуюся запись. Заместитель главного врача пошёл на компромисс — уволил Козлова, выгнал Соколова, а меня и Никиту оставил в покое. Прохоров добавил от себя благодарность за выставленный жене диагноз. Ей уже лучше, я подлечил её магией. Вот и всё, собственно. Жаль, что придётся и дальше работать под руководством взяточника, но как мы и предполагали, это единственный способ разрешить ситуацию.