— Врач здесь я, — холодно ответил я ей. — Так что я буду решать, куда направить пациента. А желтуха, к общему сведению, бывает не только при инфекциях.

Она явно говорила про гепатит, но это также может быть механическая желтуха, которую часто вызывает желчнокаменная болезнь. Либо гемолитическая желтуха, связанная с распадом эритроцитов. Либо паренхиматозная желтуха, связанная с нарушением работы печени.

А это уже три разных отделения! Можно, конечно, класть в терапию и разбираться уже в отделении, но зачем пациента гонять по этажам?

Лиза обиженно поджала губы и притихла.

— Больше ничего не беспокоит, — отозвался Семён Петрович. — Пожелтел резко, и всё. Дня два уже как. Вот, родные заставили в приёмное обратиться, мол, умираю уже.

Странно, обычно пожелтение кожи сопровождается другими симптомами. Зуд, боли в животе, температура, что угодно. А тут — тишина. Но есть у меня одна идея…

Активировать диагностический аспект я не спешил, если начну выискивать причину во всём теле — потеряю много энергии. А у меня и дежурство впереди, и завтрашний рабочий день.

Поэтому я приступил к осмотру и первым делом осмотрел склеры глаз пациента. Как я и думал, они были абсолютно чистыми. В то время как при желтухе любого вида они желтеют в первую очередь.

— Морковку ели? — спросил я у Якушева.

— Целый мешок, — растерянно ответил тот. — Люблю я её, сил нет. А это как-то связано?

— Да, — кивнул я. — У вас ложная желтуха, связанная с употреблением большого количества каротина. Он как раз содержится в моркови.

— Так я здоров, получается? — обрадовался Семён Петрович.

— Здоровы, — улыбнулся я. — Морковь из рациона полностью убирайте, и цвет кожи через несколько дней придёт в норму.

— Спасибо, господин! — радостно воскликнул Якушев. — А то мои-то уже напридумывали себе. Пойду и тогда успокою!

Он убежал, а я повернулся ко всё ещё обиженно надувшей губы Лизе.

— Впредь при пациентах своё мнение, тем более в таком приказном тоне, не высказывайте, — проговорил я. — Наедине можете, с удовольствием с вами обсужу интересующую вас тему.

— Я уже поняла, — процедила она.

За час я успел принять шесть пациентов.

Скорость, возможно, была ниже, чем у других врачей приёмного отделения. Но зато за качество я точно мог ручаться. Ни один пациент не был направлен в какое-либо отделение «абы как». Одного направил в терапию, одного в хирургию, остальных удалось отпустить домой.

Через час появился опоздавший Антон Кириллович. Лет на пять старше меня, невысокий, со светлыми волосами, завязанными сзади в хвост.

— Это вы мой спаситель? — дружелюбно улыбнулся он. — Антон Кириллович, врач приёмного отделения.