— Именно. Не шевелиться и следить за ситуацией. Будем надеяться, что голодные твари не учуют нас из-за трупного запаха, — объяснил я. — А агрессивные не кинутся на трупы. Хотя есть предположение, что агрессия развивается как побочный эффект только в первые часы. Так что наша задача: прикинуться мёртвыми для тварей, которые теперь считают людей пищей. Если что-то пойдёт не так, будем отбиваться.

— Шанс выживания при такой стратегии шестьдесят процентов, — поддакнула мне Мия.

Инга покорно вздохнула. Руки у неё немного тряслись, и подрагивала нижняя губа. Я предпочёл этого не заметить. Ничего, соберётся. Сейчас не время давать слабину.

Мы подошли к ступенькам, старательно перешагнув кровавую лужу.

Я устроился на ступеньках совсем близко к трупу, а Инга подальше, головой в противоположную сторону. Так мы покрывали весь горизонт обзора. Я не стал давать Мие задание взломать уличные камеры рядом и наблюдать за ситуацией. Ещё один параллельный процесс загружал бы систему и замедлял основную работу — взлом защиты отделения. А спейсер и так работал почти на полную мощность, я проверил. Хорошо ребята постарались с защитой. В этот момент я даже зауважал местных безопасников.

Я лёг на ступеньки, стараясь не думать о сладковатом трупном запахе, который исходил от паренька. С моего места открывался вид на улицу с замершими без движения мобилями, парк с рампой, развлекательными автоматами и голограммами деревьев. Пустое небо без вечно мельтешащих грузовых дронов казалось мёртвым. Мир изменился, привычный уклад жизни сломался в одно мгновение.

Я лежал, наблюдая пустую улицу, и надеялся, что Инга тоже следит за «своим сектором». К счастью, было тихо. Никакого движения.

Видимо, мои предположения оказались верными, и агрессия проявляется только в первые часы заражения. Теперь она снизилась, мутанты осознали себя и засели в убежищах. Кроме тех, которые совсем потеряли человеческий вид, вроде той старухи.

— Доступ получен! — радостно сообщила Мия, и я встрепенулся. — Записи внутренних камер наблюдения уничтожены.

Чёрт! Не хватало ещё найти сюрпризов там внутри.

— Видеонаблюдение восстановлено. Живых организмов в здании не обнаружено.

«Хорошо, сканируй пространство и давай мне знать, если что-то пойдёт не так. И следи за уличными камерами».

— Будет сделано, Алекс.

— Инга! Вставай, пойдём!

Она начала подниматься, но как-то тяжело. Лицо у неё было усталое и сонное.

— Ты спала? — возмутился я. А ведь она должна была сторожить улицу. Не слишком-то надёжным напарником она оказалась.

— Нет, но я как-то плохо себя чувствую, — хрипло ответила Инга. — Горло болит.