— Этот, — презрительно начал он, но тут же глубоко вздохнул и куда спокойнее продолжил. — Павел Анатольевич снял номер в «Империи», натащил туда всякого сброда и буха… неумеренно пьет уже который день!

Недовольство Ильи Данииловича в чем-то можно было понять. Он не думал, что его бестолковый родич начнет тратить деньги с таким размахом! Пришлось даже запустить лапу в фонд, из которого родители дебила-переростка все-таки надеялись хоть когда-нибудь еще оплатить высшее образования для своего «сыночки». Лучше же поздно, чем никогда, верно?

Этот же… не только снял самый дорогой номер в отеле, но и систематически громил его, отчего счета на восстановления (а с этим персонал справлялся быстро!) были просто астрономические. А уж вызов регулярно обновлявшейся армии проституток… Это вообще что-то за гранью добра и зла! Завербованная им служанка с удовольствием и в красках (еще бы нет за десять-то тысяч рулей!) смаковала подробности его похождений. Алкогольное полотно выходило крайне эпичным. Восторг же в голосе даже не слишком сообразительному человеку прямо намекал, что еще чуть-чуть, и она сама попытается «доразведать» обстановку со «следующей» партией. Причем за дело она возьмется со вполне себе явным удовольствием.

— Илья Даниилович, — в меру торжественно объявил Кирилл Юрьевич. — Самое время переходить к новой фазе. И мне просто необходимо, чтобы вы присмотрели за Павлом Анатольевичем лично.

— Я готов! — объявил заговорщик радостно.

— Вот и отлично, — откликнулся собеседник. — Я вам сообщу, когда именно мы начнем действовать.

С этими словами собеседник отключился. Ему просто необходимо было хотя бы чуть-чуть прийти в себя перед разговором с очередным собеседником.

Илья Даниилович же почувствовал явственное облегчение. Теперь настало время борьбы с «большим монстром», который потребовал к себе внимания. Он приходил часто и мучил Илью Данииловича при каждом удобном случае. Справиться же с ним можно было одним единственным способом…

… Чуть-чуть легче стало после дозы его маленького счастья — ампулы «красного». Приход, помноженный на облегчение, воодушевил его настолько, что он во весь голос заорал:

— Эй, девки!

Быть может, у него сегодня хоть что-нибудь все-таки получится?

* * *

А вот Кирилл Юрьевич сидел хмур и задумчив довольно долго. Однако уже через пятнадцать минут он вздохнул глубоко и набрал по памяти номер, использовав для этого уже другой комм.

— Господин Гросс, — с уважением поздоровался он первым, едва собеседник откликнулся.

— Господин Син, — тут же ответил сухой голос без капли эмоций в нем. — Слушаю вас.