Хотя, если быть честным, именно перед этим «гостем» были отрыты едва ли не все двери империи.

На четвертый этаж мужчина поднялся неспешно. Ему редко доводилось бывать в подобных местах. А в прошлый раз времени изучить «наскальную» живопись на стенах не было. Сегодня же имелось несколько минут, чтобы насладиться шедеврами примитивного искусства местных обитателей.

Чуть улыбнувшись, он постучал костяшками пальцев по стальной двери.

— Ну? — раздалось откуда-то из недр помещения возмущенный нежданным беспокойством голос.

Впрочем, хозяин квартиры не стал ждать ответа, а тут же зашумел примитивным механическим запором.

— Приветствую, — чуть заметно улыбнулся гость, едва не выспавшийся и помятый верзила справился с дверью.

Филу много времени на опознание не понадобилось. Он сразу же оценил нарядный вид гостя и его нелегкую ношу.

— Даров, Костик, — крепко пожал о руку мужчине, и тут же демонстративно кинул взгляд куда-то вглубь квартиры. — С этим сам разбираться будешь!

Мужчина уверенно кивнул.

— На кухне, — указал пальцем направление Филипп и посторонился.

Упрашивать себя «бездельник» не стал. Тем более, времени на нынешнюю операцию у него было совсем немного. Да и стоила каждая минута его ненормированного рабочего дня просто нереально дорого. И дело было далеко не только в деньгах.

Она была здесь. Накрывала на стол… Вот уж чего не ожидаешь от наследницы одного из Первых кланов. При виде гостя девушка замерла и с некоторым ужасом оглядела его ношу.

— Ваше… — начала было она, но тут же осеклась.

Цесаревич в этих стенах хранил инкогнито. И не стоило его раскрывать.

— Что вы, Светлана, — мягко улыбнулся Константин Дмитриевич Долгорукий, подтверждая правоту решения. — Я здесь абсолютно неформально. Позвольте вручить вам этот скромный букет в знак моего расположения.

С этими словами сын императора кивнул и покинул помещение, оставив Волконскую с огромным букетом. Произнести хоть что-то та смогла примерно через минуту. И словом главным стала простая констатация свершившегося факта:

— П****ц…