Отчего-то именно этот момент вогнал ее в настоящий ступор. И она бы совершенно точно опозорилась, если бы в тот самый миг на шею «небожительнице» не бросилась…
— Юля-а-а-а-а… — протянула чумазая и слегка растрепанная НАСЛЕДНИЦА, буквально стиснув в объятиях молодую клановку.
— Вито-о-о-ория-а-а-а-а-а Львовна-а-а-а-а… — с трудом выдавила из себя та, попытавшись напомнить старшей подружке о клановом этикете.
Впрочем, ни командир отряда, ни Максим, ни сама «принцесса» в происходящем ничего особенного не видели.
— Минуты три у нас есть, — хмыкнул «просто Павел», с некоторой нервозностью глянув на наручные часы.
— Страшно? — позволил себе едва заметно улыбнуться порученец воеводы.
Виктория от такой постановки вопроса аж выпустила свою «жертву» из рук. Она уже хотела было ответить что-то резкое, но…
— Боюсь, — с какой-то странной искренностью в голосе выдохнул Волконский, оставив у «уралочки» четкое впечатление, что она чего-то очень сильно недопонимает.
Однако «продырявить взглядом» (во всяком случае, попытаться!) клановца у «принцесски» времени не осталось. Тот самым вероломным образом сообщил о главном.
— Время, — негромко то ли спросил, то ли напомнил молодой человек.
— Идем плюс четыре, — тут же откликнулся ординарец воеводы. — Кого с собой возьмешь?
— Тишь, Гладь, Влад, я, — коротко обозначил Павел.
Юсупова уже задумала было возмущенно отрезать, что, вообще-то, она тут тоже при делах, но вовремя вспомнила, что она находится в положении «без нее не начнут».
— Вот и пошли, — чуть резче, чем стоило бы, подвела итог Виктория.
Очень уж в душу ей запал странный ответ Волконского. Что ж он задумал на этот раз?
Глава 9
Глава 9
— Предатели.
Павел хмыкнул. Главный разведчик Юсуповых держался прекрасно. Ему бы не нынешнюю службу возглавлять, а в кино идти. Или в театр, который ныне вновь переживает свой ренессанс.
Надо признать, смотрелся Константин Ильич просто прекрасно. Гордо возвышаясь над покинутым им креслом во весь невеликий рост, оратор сверкал глазами на предавших клановые идеалы родичей, допустивших «какого-то» Волконского в святая святых «уральцев». Нет, никаких картинных образов. Все четко, выверено и лаконично. Однако каждому из присутствующих становилось понятно, что это упрек лично ему. Но не строгий, а отеческий и мягкий. Ведь все можно исправить. Достаточно лишь выставить отсюда выскочку и убрать молокососа со сцены, а уж после решить все вопросы в узком семейном кругу.
— Как жаль, что фактам по хер, — хмыкнул Павел, провожая взглядом спешащую к трибуне Викторию.
Первое слово предстояло сказать ей. Вот потом уже всех ждет нелегкое такое «слово за слово».