Павел подавил в себе желание окинуть взглядом коллег. Сектор в первую очередь. И ребенок оказался именно в нем. Стало быть, именно молодому человеку и предстояло установить контакт.

— Кто вы? — наконец спросила малышка на ханьском, тряхнув заплетенными в две косички черными волосами. — Вы за мной?

Бойцы молчали.

Если тут ребенок, то где же?..

— «Объект найден», — коротко прозвучал голос оператора в наушниках. — Вторая обнаружила цель в подвале. Заложник жив. Удерживаем позиции до подхода основных сил.

Операция завершена. Павел практически наяву увидел, как окружающий дом хлипкий забор сносят силовыми бамперами армейские грузовики, прямо сквозь клумбы и лужайку рванувшие к дому. Стоило им остановиться, как из кузовов тут же посыпались наемники под командованием гвардейцев ГБР Волконского.

Теперь можно было действовать грубо и нагло. Заложникам уже ничего не угрожает. А дела до защитников дома клановцу не было. Хватит ума — сдадутся. Если нет, разделят судьбу ранее встретившихся им на пути контрабандистов.

— Отбой, — коротко произнес оператор примерно через минуту.

Все это время бойцы стояли неподвижно, удерживая свои сектора… и краем глаза приглядывая за озирающейся малышкой, которой все было в новинку и, судя по всему, очень-очень интересно.

Лишь после этого штурмовики опустили оружие и стянули маски.

Павел же сразу обернулся к девочке. Минуты две он изучающе смотрел на ребенка, после чего негромко присел перед ней и произнес отчего-то по-русски:

— Привет! — улыбнулся он. — Я Павел Волконский. А кто ты и что здесь делаешь?

Девчушка лет восьми задорно рассмеялась.

— Живу! — уверенно ответила неунывающая пигалица, обнажив ужасный акцент. — А что делаете вы⁈

Имперский язык она знала. Правда, практики у нее, кажется, было маловато.

— А мы тоже… хотим жить, — сообщил Волконский и подмигнул ребенку.

Та широко и открыто улыбнулась. Но через несколько секунд на лице ее проступила озадаченность, тут же сменившаяся откровенной тревогой.

Понять было можно. Все-таки незнакомые люди. С оружием. Девочке на вид лет восемь. Вполне способна, наверное, была понять, что подобные гости могут быть опасными.

— Дядя, — позвала она клановца. — А вы отпустите меня погулять⁈

В голосе девочки прозвучала какая-то странная затаенная надежда.

— Конечно, — кивнул Шут. — Но чуть позже.

Этого ребенку вполне хватило, чтобы вновь начать улыбаться.

Молодой человек выдохнул. Его часть работы сделана. Остались фазы Светланы и захват судна.

Успеют ли?

* * *

«Похоже, мы больше им не нужны.» — промелькнула едва ли не флегматичная мысль в голове Вологодского.