— Моя очере-е-едь…

— Подвоспитала тебя госпожа Мизрелл. — рассмеялся я, опять усаживаясь на мягкую зеленую травку, с некоторым даже сожалением придавливая звенящие бутонами васильковые колокольчики.

К этому времени мы остались одни. Все без исключения давно уже были в городе, скрывшись за приоткрытыми вратами. Царящая над Аньгорой величественная и мрачная стела начала искрить и шибать во все стороны зелеными длинными молниями, полосуя крыши домов и воздух нещадными ударами. До наших ушей доносился странный потусторонний гул, переливающийся в долину Посмертных Цветов из-за стен Аньгоры. По узкой тропинке, что извилисто тянулась между двумя поблескивающими глубокими ручьями, окольным путем к городу робко двигались две женские полупрозрачные фигуры — новые «яркие» цифровые души, что после смерти удостоились не стирания, а отправки сюда. Орбит, на миг прервав чистку кофейника, со странным выражением лица смотрел на медленно бредущих женщин. Но это длилось недолго и, отставив начищенный до ослепительного блеска кофейник, взявшись за ложечки, эльф равнодушно поинтересовался:

— Отец зде-е-есь?

— От тебя ничего не скроешь, да? — хмыкнул я и с ничуть не ослабевшим наслаждением сделал еще один глоток обалденного кофе.

— Он не забудет. — перестав тянуть слова, произнес Орб. — Он всегда помнит — как зло, так и добро. Он отплатит.

— Напугал-напугал. — пробормотал я, равнодушно смотря на город, куда рвались так многие, да и я в свое время, а сейчас меня туда не тянет абсолютно.

Скучно.

Мне стало скучно.

Недавняя диверсионная вылазка, когда я, привязанный к веревке, мотался среди островков и кусков льда в холоднющей воде на дне мрачного ущелья, меня неплохо взбодрила, вернув радость и предвкушение чего-то этакого, особенного, захватывающего дух… И вот мы достигли входа, миновали Лестницу Исхода, прошли долиной Посмертных Цветов… и я опустошенно гляжу перед собой, понимая, что прямо сейчас хочу вернуться в реал и там…

Хм…

— Хватит чистить посуду цифровую. — пробурчал я, не дав Орбиту начать новую фразу — а он точно собирался начать свой важный разговор. — Пошли в реал, лысый.

— Э…

— И там найдется немало немытой посуды, не протертых столов, не вычищенных до блеска кастрюль и прочих кухонных работ.

— Но-о-о…

— И это ну очень будет для тебя интере-е-е-е-есно. — без малейшего смущения передразнил я Орбита.

— Вряд ли… — поник тот. — Неинтере-е-е-есно…

— Пошли-пошли. Заодно поговорим там, где нас никто не сможет услышать из чужих. И налью нам чайку корабельного — крепкого, сладкого. М?

— Пошли-и-и!