— Не забыли только мы. — горестно вздохнул Кастиэль. — И каждый день просим у несчастного Аньлоаля прощения… Да… добить бы поскорее эту тварь ужасную… чтобы довершить однажды начатое дело.

— Вот это самое интересное. — согласился я. — Как он вообще тут оказался? Он ведь должен быть в Тантариалле.

— Ну…

— Да-да?

— Мы не можем этого пояснить. — с широкой улыбкой эльф развел руками.

К нему шагнула Алишана:

— Аньгралла…

— Да не знаем мы! Не знаем! Не все ведомо и нам! Оракул! Оракул однажды поведал, что Аньлоаль… застрял! Неведомым образом павшее божество умудрилось зацепиться и закрепиться в этом месте! Но ад тянет его к себе! Тянет с неимоверной силой — лишь благодаря чудовищной силы корням павшая тварь еще держится! А чтобы сохранить силы — она пожирает души! И потихоньку растет…

— Так… — вздохнул я. — Ну давай дальше. Про корни и про души. И про ваш способ справиться с этой тварью… и только не говори мне, что придется спускаться туда — в мертвую реку, к корням Аньлоаля…

— Вы истинный провидец, о Росгард Блистательный! — в восторге закатил глаза Кастиэль и тут же окрысился на поднявшую руку Алишану: — Не надо меня изгонять, женщина! Я эльф, а не муха навозная!

— А в чем разница? — изумленно выпучился Бом.

— И не надо меня оскорблять, мальчишка! Я был рожден задолго до того, как твои прадеды сделали первые неуверенные шаги!

Ну да… по легенде эльфы живут долго. Или даже бесконечно.

Но сейчас меня волнует совсем другое. Подавшись к эльфу, я устало улыбнулся:

— Слушай, кореш. Тут такие дела — нам вообще не с руки сражение с павшим божеством. Нам просто нужно пройти. Может, договоримся? Ты подскажешь способ миновать оголодавшую божественную тварь без боя, а за это… ну… однажды, в будущем, сочтемся. Что скажешь?

— Аньлоаль должен пасть! Должен быть уничтожен! Эльфы боятся его гнева! Тварь пожирает невинные души, что путешествуют по лабиринтам королевства Аньгоры и становится все сильнее. Кто знает, что может случиться в том самом будущем, о котором ты говоришь, Росгард Знаменитый? Какая участь ждет наших детей, если свирепый и набравшийся сил Аньлоаль вдруг сумеет прорваться обратно в верхний мир?

— Вот оно… ты сказал то, что не должен был говорить. — фыркнул я и поднялся на ноги, потягиваясь. — Попался.

— Я не понимаю твоих слов, о Росгард Несомненно Мудрый.

— Хватит. Ты только что проговорился. Сказал эти слова.

— Да какие?

— Ты сказал: «Аньлоаль должен пасть. Должен быть уничтожен».

— Сказал! С великим внутренним горем я произнес эти ужасные слова! Но каков у несчастных эльфов выбор? Его просто нет!