Только она закончила говорить, как во флаер будто ударили огромными барабанными палочкам, он загудел, словно цинковое ведро.

— Попали! Флаер, состояние?

— Повреждение двадцать процентов. Мощность не упала. Продолжаем движение.

— Давай, давай, выноси! — возбужденно крикнула Сильмара и, блестя белками глаз, неожиданно рассмеялась. — Весело, правда? Давно так не веселилась. Такой заварухи здесь не было несколько месяцев! Так, мелкие перестрелки. Они не в счет. Здорово мы их надули! Ушли от отряда захвата! Ну — мы и молодцы!

— Кто это были-то? — опять спросил Слава.

— А тебе не все равно? Ну… хотели вас захватить — так же работали бы на них, как на хозяина. Может, еще и хуже было бы. Вот попал бы ты к хозяину, который любит мальчиков… — Сильмара радостно засмеялась, — тогда и не говорил бы, что плохо живешь у Агарлока. Теперь у меня почти шестьдесят миллионов! Жить можно! Я что обещала, сделала. Если доберетесь до Кратана, до мастера модификаций — он вам сделает то, что нужно. Еще — пять миллионов ваши. Когда-нибудь отдам. Все. Долг закрыт. Остальное — не мои проблемы. И еще — ничего не было, вы ни о чем не знаете. Впрочем, так оно и есть. Похоже, это последний ваш выход в Кратан — хозяин не допустит гибели ценного имущества.

Слава закрыл глаза — у него было странное ощущение: еще тогда, когда пытался определить, куда ляжет шарик, он почувствовал, будто коснулся чьего-то разума. И этот огромный, мощный разум с усмешкой смотрел на их попытки надуть казино. Землянин как будто слышал чье-то хихиканье и молчаливое одобрение. И еще — когда они бежали, со стороны охранников не было агрессии по отношению к беглецам. Почему? Неужели системы города не засекли, что тут происходило что-то неправедное? Эти вопросы остались без ответов.

Платформы базы они достигли быстро и без неожиданностей. Преследователи не стали доставать их в районе досягаемости огромных корабельных лучеметов, так что посадка прошла нормально, и через двадцать минут Слава и Лера наслаждались горячим душем и обществом друг друга. В своей комнате заниматься любовью было, конечно, гораздо лучше, чем в какой-то будке при дороге. Хотя они немного пожалели, что не попробовали такого, — было бы о чем вспомнить. Поездку не обсуждали — нового они ничего сказать не могли, а лишнего сболтнуть… это было ни к чему.

— Хозяин страшно зол! — Халкор потеребил сосок подруги и откинулся на мягкий валик кровати, — он орал так, что я чуть не оглох. Говорил, что по нашей вине чуть не лишился своего высокоценного имущества. Все, больше никаких поездок в город, кроме как в бронированном флаере и под охраной — до арены. Ты тоже хороша — насоветовала! Поощрять… нечего их поощрять! Пусть работают, как и положено рабам!