Эти лучеметы практически не применялись в атмосфере планет. Да и по кому стрелять из «Большой Берты», если даже бронированный флаер от этого не просто взорвался или банально разрушился — он испарился, будто его и не было! На его месте осталось раскаленное облако плазмы, да там, куда врезался луч, прошедший через аппарат, виднелась глубокая воронка, светившаяся раскаленным добела булькающим камнем.

— Умели делать вещи в четырнадцатом году! — хихикнула Натаха. — Ты поверишь, что этому лучемету пятьсот лет? Его не сняли с корабля только потому, что снимать его было дороже, чем оставить на месте, а пристроить оказалось некуда — лучемет встроен в систему корабля и никуда больше не годится! Последние крейсеры этого класса сдали на металлолом четыреста лет назад! И, похоже, зря.

— М-дя. Молодец! Держись, Натаха, мне еще полчаса протянуть, и я буду в норме. Конечно, могут сразу несколько кораблей выслать — сколько у тебя длится перезарядка пушки?

— Долго, несколько минут. Но у меня еще ракеты есть, так что не боись, прорвемся!

— Хорошо, только в следующий раз не поджарь меня — смотри, чего там на планете делается, какую нору вырыла.

— Ага… красиво… как розочка… красотища!

Слава усмехнулся про себя — женщина есть женщина! Он видел страшную дыру, заполненную кроваво-красным расплавом, а она — розочку.

Следующая партия врагов появилась через двадцать минут, когда Вячеслав уже чувствовал, как по его телу проходят мурашки — организм восстанавливался после временного паралича. И, кстати, быстрее, чем обещал модификатор. Видимо, помогла усовершенствованная система регенерации.

Кораблей было сразу три — классом чуть пониже, чем сбитый, вооруженные они оказались ничуть не слабее. Летательные аппараты с ходу ринулись в облака, обнаружили висевший там звездолет, и небо озарилось вспышками от ударов лучеметов и разрывов ракет.

Вячеслав с ужасом увидел, как объятый плазменным облаком звездолет выпал из-за облаков и стал беспорядочно падать вниз, вращаясь, как упавший с дерева осенний лист. Агарлок, наблюдавший из салона по визору за происходящим в небе, довольно хмыкнул, оглянулся на пленника и произнес со всем ядом, который скопился в его черной душе:

— Вот и все. Конец твоим дружкам. Этот древний утюг никуда не годится, и на что вы только рассчитывали?

Слава посмотрел на падающий корабль, на клюющих его хищных «птиц» и закричал Наташе изо всей мочи:

— Натаха, держись! Что с тобой⁈

— Командир, нет… все будет нормально… — прозвучал ее веселый голос, и неожиданно у самой планеты звездолет прекратил вращение, поднял носовую часть с карающим «глазом» и выпустил мощнейший заряд в сторону не успевших разбежаться кораблей.