— Ну что же, Лера, неплохо, неплохо! Зрелищно. Вот так и продолжай дальше! А Слава — все еще тупо и неоригинально. Учись у своей шлюшки, как надо разыгрывать спектакль! Леру придется поощрить — завтра у вас дополнительный день отдыха, отправишься в Кратан развлекаться. Ну и этого олуха прихватишь с собой. Сопровождение я вам выделю. Сильмара, скорее всего, пойдет с вами. Ну да ладно. Продолжим. Итак. Разбор битвы. Ногу брассу ты подрубил верно, но зачем…

…Занятия шли своим чередом. Выскакивали новые и новые чудовища, появлялись люди разных рас и расцветок, возраста и пола. Слава, уже не задумываясь, убивал каждого, кто возникал в кубе — если медведя долго бить, он научится ездить на велосипеде. Умения буквально вбивались в них силой, жестоко, эффективно и страшно. Снося голову девочке лет десяти (опять проклятые тракары!), он уже не задумывался, правильно делает или нет.

Весь фокус был еще и в том, что за его спиной стояла Лера, рассчитывавшая на то, что он надежно ее закроет. Как он мог ее подвести? И она тоже стояла насмерть — ведь за ее спиной был он, ее любовник, ее любимый человек. Расчет хозяев оказался абсолютно верным, да он и не мог быть неверным — тысячи лет, а может, и десятки тысяч лет рабовладения выработали умение обращаться с живым товаром, умение формировать сознание раба так, что он становился на сто процентов подготовлен к выполнению своей функции, той функции, которую ему назначили хозяева. И не было исключений, не было промахов — то, чего не могли добиться с помощью психологического давления, достигалось специальными медицинскими препаратами и вирусами. Даже под гипнозом — это уже давно определено — невозможно заставить человека сделать то, чего он не может сделать в реальности. Если женщину погрузить в гипноз посреди людного места и приказать ей отдаться незнакомому человеку, она и не подумает этого сделать, если, конечно, она не готова сделать это в реальности. Но если ей на генетическом уровне с помощью вирусов и препаратов вбить в подсознание мысль о том, что это хорошо, что это правильно, что так и надо себя вести, — она ни на секунду не задумается, если хозяин прикажет ей это сделать.

Внедрялась в подсознание и верность хозяевам, но даже тысячи лет исследований не помогли — ни один рабозаводчик не смог вывести такой вирус, который делал бы человека покорным, абсолютно преданным хозяину, но чтобы при этом раб оставался полностью дееспособным и таким же активным, инициативным, как до перестройки сознания. Таких рабов можно было использовать как слуг, тупо выполняющих все, что им скажут. Но там, где требовались ум, инициатива, фантазия и воображение, нужны были другие рабы. В первую очередь это касалось бойцов арены.