Ударил.
Отдача.
Снова удар.
Старик стоял у меня за спиной, наблюдал. Я чувствовал его взгляд на своём затылке. Седьмой удар. Восьмой. Перед девятым ударом старик шагнул вперёд и прикоснулся к моему локтю: повернул его под другим углом. Сделал только одно движение. Затем он убрал руку и отошёл.
Я ударил. На этот раз точнее. Почти не ощутил отдачу. Обернулся — старика уже не было рядом. Он ушёл к другому палусу, к другому бойцу. Я остался перед столбом в одиночестве.
Сжал рукоять. Снова ударил. И ещё. Нахмурился. Потому что ритм ударов явно не складывался. Я чувствовал, что удары шли неровно, с разной силой, под разными углами. Не так, как у других. Вокруг меня деревянные мечи стучали по столбам ровно и уверенно. Палусы стойко принимали удары. Бойцы дышали в такт движениям, работали уверенно и сосредоточенно.
Песок скрипел под их ногами. За стеной звенела кузница. Два ритма, и оба не мои. Я сейчас был худшим бойцом во дворе. Хотя мышцы слушались, руки двигались быстро. Но между намерением и ударом вклинивалась пауза — доля секунды, в которую разум перехватывал управление и вносил поправку. Каждая поправка делала движения только хуже. Привычка думать перед действием сейчас только мешала моим рукам.
Я сделал паузу, опустил меч, огляделся.
Рядом со мной (у соседнего палуса) работал темнокожий боец — молодой, сухощавый, жилистый. Я проследил за его действиями. Отметил: его правая рука двигалась заметно быстрее левой. Удар правой — резкий, точный, перехват — и левая рука выходила с задержкой в долю секунды. Несимметричность. Темнокожий боец закончил серию и посмотрел на меня. Без особого интереса. Тут же отвернулся, продолжил тренировку.
У крайнего палуса (того, что стоял ниже остальных и был вкопан глубже других) работал ветеран. Он бил мощною. Наносил удар в две секунды. Тогда как другие стучали по столбу каждую секунду. Каждый его удар ложился в одну точку. Дерево в месте контакта посветлело — сотни ударов обнажили свежую древесину под потемневшей коркой. Ветеран завершил очередную серию, опустил меч и замер. Он постоял неподвижно секунду, две, три. Будто выполнял ритуал.
Резко развернулся и пошёл к дому.
Я продолжил тренировку.
* * *
Ладони горели. Я отпустил меч, поставил его на землю, прислонил к столбу. С трудом разогнул пальцы.
Пошёл к колодцу.
Ведро стояло на краю каменного сруба, деревянное, отполированное по краям руками. Я опустил его в колодец. Взглянул на выложенную камнем яму с тёмной водой — та находилась рядом с колодцем. У края ямы заметил крупную рыбу. Она замерла на месте, будто тоже устала после работы у палуса. Я усмехнулся. Поставил наполненное водой ведро на каменный край колодца.