Дверь кабинета закрылась, но вошедший и не подумал приближаться к столу. Побоялся. Ведь вести что он принёс, были отнюдь не добрыми.

— Что же ты замер и рта раскрыть не можешь?- спросил маркиз, начиная подозревать неладное.

Хотел того Прошка или нет, но говорить пришлось. Как-никак, а он поверенный маркиза, его правая рука. Должность почётная, денежная. Власти у Прошки немногим меньше, чем у самого Гавриила Шуйского. И за такое доверие приходится расплачиваться.

— Я связался с проверенными людьми в королевстве Греция,- начал свой доклад Прохор.- Вы оказались правы. Как и ожидалось, тот юноша относится к греческой аристократии. Наши люди сверили геральдику его герба, полученную с камер видеонаблюдения ресторана, с местным реестром. Наглый юнец принадлежит к роду Влахос. Глава рода, виконт Платон Влахос.

— Влахос… Влахос… Это случаем не один из тех родов, что ведут свою историю со времён Римской Империи?- уточнил Гавриил.

— Всё верно, господин,- кивнул Прошка.- Предки Влахос являлись графским имперским родом, пережившим несколько континентальных войн и развал Римской Империи. После возникновения Византийской Империи, они участвовали в неудачной попытке переворота, за что попали в опалу. Это сильно пошатнуло их род. Их титул основан не на силе звёздной стелы, так что развал второй империи они пережили кое-как. Добрую часть их земель отобрали соседи, а несколько последних поколений они и вовсе ходят виконтами.

— Виконты без избытка земель и денег,- фыркнул Гавриил, пока что довольный ходом беседы.- И что, наши люди связались с этим Платоном? Он уже начал слёзно вымаливать моё прощение?

— С этим возникли сложности,- с трудом выдавил из себя Прошка, чьё лицо пошло пятнами от волнения.

— Сложности?- вздёрнул маркиз одну бровь.

Характер Гавриила Шуйского можно описать всего одним словом — мерзкий. Единственный сын и наследник герцога никогда и ни в чём не знал отказа, что, конечно же, не могло не сказать на его характере. Если маркиз чего-то желает, он это получает, а если возникают трудности или он получает отказ, то приходит в бешенство. Не единожды слуги рода умирали из-за всяких пустяков от рук самого Гавриила. Так что сейчас, Прошка не без оснований опасался попасть под горячую руку своего господина. Поверенный любит свою должность, упивается своей властью, но за всё нужно платить. В данном случае, платой может послужить его собственная жизнь.

— Я лично позвонил главе Влахос,- продолжил говорить Прохор, начиная потеть под тяжёлым взглядом своего господина.- Дозвонился, но секретарша главы рода почему-то соединила меня с его братом, сославшись на занятость виконта.