— Ну ладно, — наконец решилась Марина и посмотрела на меня, а затем через несколько секунд рванула к выходу из палаты.

— Давай пятерку, — произнесла вторая, хохотнув. — Я же говорила, что наша Маринка невинная дева, и минуты не продержится.

— Да не может быть! — разочарованно произнесла третья, накидывая на меня простыню. — Я думала, она просто цену себе набивает.

— Да нет, — хмыкнула вторая. — Это Алина себе цену набивает, а Маринка просто пока еще даже не думает о подобном. Не выросла девочка.

Девушки еще некоторое время тихо поболтали, а затем покинули помещение.

«Вот же! Уже, оказывается, всему курсу меня показали, — возмутился я. — Подростки хреновы. Да почему меня? Мало мужиков, что ли, лежит? Или все остальные не в реанимации?»

Мне хотелось грязно выругаться, но я все же сдержался, а затем и вовсе успокоился.

«Разглядывающие мое тело девочки-подростки — это вообще не проблема. Это так… мелочь… не заслуживающая внимания. К тому же явные практикантки расплатились со мной ценой информаций, которая позволила мне хоть немного разобраться в происходящем».

Во-первых, они подтвердили мое предположение, что я лежу в обычной больнице. Во-вторых, сообщили о том, что я уже целую неделю нахожусь в коме. В-третьих, сказали о весьма серьезном и непонятно как полученном мною ранении головы, на котором, кстати, можно сыграть. В-четвертых, отметили отсутствие на груди татуировки, что автоматически лишает меня принадлежности к какому-либо боярскому роду. Именно поэтому я, кстати, оказался в обычной больнице для простолюдинов и меня лечили без использования ценных ингредиентов.

«Теперь мне осталось определиться, как использовать полученную информацию и что делать дальше. Последнее напрямую зависит от моего состояния и самочувствия».

Попытка приподнять голову ожидаемого успеха не принесла, затылок тут же прострелила острая боль.

«Состояние еще хуже, чем я мог предположить, — разочарованно подумал я и сделал соответствующий вывод: — К сожалению, в подобном состоянии побег мне противопоказан, а значит, нужно официально очнуться и начать нормальное восстановление. Только вот мне кажется, что стоит прийти в себя, и палату навестят молодчики с протокольными лицами, которые попробуют вызнать, а как же бессознательный гражданин оказался недалеко от границы в подобном состоянии, а также, что последнее он помнит. Только вот что я им расскажу? Я же даже соврать нормально не могу, так как совсем не в курсе местных реалий».

Вариантов у меня имелось немного, а точнее и вовсе один. Он был хорош тем, что отлично вписывался в полученные повреждения головы и позволял скрыть незнание жизни в королевстве. Если коротко, то я решил изобразить амнезию, и сейчас необходимо было подумать, как именно это сделать.