— Напиваетесь в одиночестве, Алексей Александрович? — внезапно раздался знакомый голос кардинала ордена.

Цыбулькин повернулся к только что пустовавшему креслу и нахмурился. Там совершенно непринужденно расположился отчаянно молодящийся мужчина с ярко-красными щеками и тщательно скрываемой плешью.

— Я не заметил, когда вы тут появились, — произнес Алексей напряженным голосом.

— Не удивительно, — тонко улыбнулся Роман Александрович. — Вы были настолько погружены в свои мысли, что не заметили бы проходящую мимо роту солдат.

Цыбулькин с ним не согласился. Мужчина всегда, даже в подобном состоянии, привык контролировать пространство вокруг себя, и то, что он каким-то образом прозевал кардинала, навевало не самые приятные мысли.

До этого кардинал не демонстрировал столь выдающихся навыков скрыта, да и выглядел совсем непрезентабельно, однако сейчас ситуация стала намного лучше. В чем дело? Неужели все это — последствия недавно проведенных ритуалов усиления? Все же приграничный конфликт открыл перспективы получить большое количество жертв. Может и ему пройти через что-то подобное?

— Вы стали выглядеть намного презентабельнее, — заметил Цыбулькин прямо. — Разработали новые ритуалы? Ослабили действие наложенного на вас проклятия?

— Усовершенствовал старые, — произнес кардинал и заинтересованно спросил. — С чего вы взяли, что меня кто-то проклял?

Тон Романа Александровича был совершенно спокойным, однако от него Алексея буквально бросило в пот.

«Что ты несешь, идиот⁈ — мысленно прикрикнул он на себя. — Приди в чувство!»

— Не думаю, что вы сами хотели выглядеть так, как раньше, — ответил он.

— В этом, Алексей Александрович, вы, несомненно, правы. Это было явно не мое решение, но также и не действие проклятья. Это всего лишь последствие неправильно проведенного ритуала, да и, к сожалению, возраст мой довольно преклонный, что накладывает свои отпечатки.

Уточнять, сколько же сейчас лет собеседнику, Цыбулькин благоразумно не стал. Кардинал был единственным человеком ордена, владеющим секретом проведения усиливающих ритуалов. В свое время он сумел вылечить его и остальных эмиссаров, а также большое количество эффективных агентов, боевиков и членов ордена от неизлечимых, казалось бы, болезней. Целители лишь беспомощно разводили руками, а Роману Алексеевичу удалось спасти ему жизнь. Несмотря на то, что за долгих десять лет Цыбулькин дорос до должности эмиссара, он все равно крайне настороженно относился к руководителю.

«Если представить, сколько крови на этих пухлых непримечательных ручках, то становится несколько не по себе».