Феофан обидно хохотнул.

— Стоп! — произнес глава рода Булатовых железным тоном и обратился к сыновьям. — Архип, Виктор оставьте нас.

— Но… — попытался было сказать наследник, однако, встретившись с взглядом отца, недовольно кивнул.

— Эх, молодость, горячность, — произнес Василий Игнатович, когда сыновья вышли из помещения, и, посмотрев на меня, произнес. — Мы вас сильно недооценили, Иван Егорович. В связи с чем мне хотелось бы узнать, что вам нужно? Ведь не зря мы сейчас находимся здесь и так мило беседуем!

«Думаю, про молодость и горячность — это он про меня», — вздохнул я и мысленно усмехнулся. — Ну вот, наконец мы перешли к настоящему разговору'.

— Официальные извинения я от вас уже получил, — произнес, переходя к сути. — Теперь меня интересуют контрибуция в размере миллиона талеров и договор о ненападении. В ответ я готов публично отказаться от фабрики и передать вам оригиналы документов о ее продаже.

Несколько минут глава рода молчал, а затем, наконец, решил подать голос.

— К-хм… к-хм… По всем пунктам, кроме первого, я согласен, — произнес он. — Однако миллион — это большая сумма. Да и при чем тут контрибуция, если наши рода не воевали?

— Потому как род Булатовых — проигравшая сторона. Вам необходимо вернуть контроль над своим производством, которое и фактически, и юридически находится под моей властью, кроме того, из всей этой ситуации вам необходимо выйти достойно и сохранить лицо. Как видите, все козыри в моих руках. Да, — вспомнил я. — К тому же, вы поставили под угрозу мою жизнь, а я не намерен оценивать ее дешево…

Через пару-тройку часов жарких переговоров я стал обладателем семисот тысяч талеров, а Булатов получил обещанные документы.

Василий Игнатович явно не поверил, что я отдал все чистые листы с его подписями, однако я надеюсь, что предположение о наличии у меня подобных документов заставит его соблюдать подписанный договор о ненападении.

Следующий месяц был весьма насыщенным, так как помимо большого количества различных дел я искал, куда могу вложить внезапно образовавшуюся значительную сумму. Кроме того, мне удалось сэкономить и на информационной войне. После того, что произошло с Булатовыми, многие мелкие игроки решили не искушать судьбу и прекратили спонсировать продажные СМИ. Так что негативные вбросы в информационное пространство, касающиеся моей персоны, серьезно сократились.

За всеми этими событиями для меня совершенно незаметно прошла капитуляция Республики Кога.

О ней я узнал только после получения официального приглашения в императорский дворец на торжественное мероприятие.