После того как я сообщил наставнику о произошедшем на балу, он оперативно приехал в столичный дом и принялся за сборы. Взял из оружейки мой боевой жезл, которым я постоянно пользовался при рейдах в пустошь, кожаные перчатки, препятствующие скольжению оружия в руках, а также более удобную обувь.

Посовещавшись, мы решили кардинально не менять мой образ невинного малолетнего князя, случайно оказавшегося на торжественном мероприятии и по воле судьбы втянутого в ненужную ему дуэль. Надеюсь, это поспособствует укреплению моего авторитета среди простых граждан империи. Именно поэтому я не стал переодеваться в более удобную одежду: спортивный костюм или привычный камуфляж. Любящие подобные скандалы журналисты разберут мероприятие по кусочкам и обязательно отметят этот факт, что сыграет в мою пользу. К тому же, все мои костюмы были сшиты на заказ, ткань хорошо тянулась, что делало их весьма удобными для боя.

Если факт моей готовности к дуэлям никто не отметит, то тогда за дело возьмутся недавно созданный мной специальный информационный отдел службы безопасности и подкупленные журналисты. Хотя нужно подумать над тем, чтобы не добавлять некоторые подробности мероприятия, а самому формировать повестку дня и сразу перетягивать общественное мнение на свою сторону.

Я мысленно ухмыльнулся.

«Спасибо моим врагам, ведь именно благодаря им у меня появился столь нужный и действенный инструмент».

Я снял пиджак и черную бабочку, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, закатал по локоть рукава и почувствовал себя полностью готовым к бою. Жилетку решил не снимать, пусть будет, она лишь добавляет нужные детали к образу молодого, хорошо воспитанного паренька.

— Руководитель тут точно автюк, — отвлекаясь от пролетевших в голове мыслей, ответил я на вопрос наставника. — Я тоже поражен. Не понимаю, где столько людей на пустые места нашли!

— Пригласили толпу, что постоянно дрейфует у дворца. Люди как раз уже смаковали поступающие с бала новости, — произнес подошедший со спины Витовт и добавил. — Одному из видеооператоров, освещающих капитуляцию республики, удалось случайно заснять ваш с халифарцем конфликт.

— Случайно? — тихо произнес наставник, приподняв бровь. — Ну-ну.

Почему-то Феофан, в отличие от многих, не испытывал пиетета к личности Витовта. Возможно потому, что еще в мою кадетскую бытность провел с принцем несколько десятков закрытых уроков.

«В таких делах случайностей не бывает. Все спланировали заранее, и оператор был предупрежден, что именно нужно снимать», — мысленно согласился я с наставником. Ведь кому как не мне знать о подобных операциях.