— Он сделает вид, что знать не знал, обвинив во всём своих нерадивых работников, — настаивал Джери, всегда перестраховывающийся даже по пустякам.
— Никто нас не схватит, потому что не увидит, — хихикнул старик. Дверь наконец поддалась, раскрывая перед нами тёмный проём какого-то коридора, — этот ход ведёт на склад, далее узкий коридор и тайная комната у моего кабинета.
— А зачем вам тайная комната? — тут же включил коппера Джери, подозрительно сощурив глаза.
— Очень полезно, знаешь ли…
— Не стоим здесь, заметят, — прервала назревающий спор упрямых мужчин, взглядом показав на тёмный ход и саркастически отметив, — никто не прихватил с собой фонарик или свечку?
— Спички есть, — ответил Джери, зажигая первую тощую палочку, благодаря которой мы прошли целых два метра. В итоге, истратив почти полкоробка, мы наконец добрались до тайной комнатки старика вполне благополучно.
Схрон деда был небольшой, всего метра два на три. Под самым потолком помещения находилось маленькое окно, которое давало достаточно освещения, чтобы разглядеть девственно-чистый стол, кресло с деревянными подлокотниками и узкий, низенький шкаф. Дверь, ведущую в кабинет я, конечно, не увидела, но логично предположила, что находится она в том месте, где сейчас замер старик.
— Тихо, я сдвигаю, — прошипел мистер Бакстер, потянув за небольшой крючок в стене, вскоре являя нашему взору два крохотных отверстия, к одному из которых старик тут же припал правым глазом.
— Хм… — едва слышно прошептала и, с трудом сдерживая улыбку — такой бдительный вид был у друга, присоединилась к деду, не сразу сообразив, что раздавшиеся в небольшом помещении звуки были голосами Хью, Флойда и их двух отпрысков.
— Уехала, как ты и говорил, — довольно протянул сынок Хью, залпом осушив бокал, — но завтра точно заявится.
— Завтра тоже не пропустим, — хмыкнул Флойд, подливая в бокал племянника янтарной жидкости. Судя по их расслабленным позам и благодушному выражению лиц, родня праздновала победу.
— А если с копперами?
— Они предупреждены и завтра выехать не смогут. Сделка через два дня, а там пусть разбирается с новыми собственниками фабрики, — хихикнул Хью, явно довольный таким раскладом.
Я же, покосившись на замершего рядом старика, сквозь зубы едва слышно спросила:
— Они точно ваши дети? Не понимают, что я могу обжаловать их сделку и потребовать компенсацию.
Дед не ответил, лишь тяжело вздохнул, а занятный разговор тем временем продолжался.
— Она не посмеет связываться с семьёй Флаглер, они давно управляют Оклендом.
— Хотя нам на руку, если предъявит им обвинение. После этого с ней никто не рискнёт иметь дело.