В семь тридцать восемь на столе дёрнулся телефон.

Глеб.

Я посмотрел на экран и ответил не сразу. Человек в панике должен дозреть. Слишком быстро взятая трубка выглядит как готовность помочь, а показывать это было ни в коему случае нельзя.

— Слушаю, — сказал я, вытирая пальцы.

На том конце не говорили, там почти хрипели. Я слышал чужие голоса, хлопанье дверей и что-то похожее на визг сигнализации.

— Макс, выручай, умоляю, — голос Глеба сорвался, и я сразу представил его красное лицо, мокрый воротник и глаза человека, который уже мысленно прощается со своей должностью. — Нас вдова Орлова сейчас живьём закопает, у неё в особняке полный коллапс сантехники и автоматики, вода хлещет, а замки заблокированы. Наши парни там боятся лезть глубже, всё элитное, не дай бог что-то случиться и мы банкроты, а система нас посылает, сделай хоть что-нибудь, если не вытянем, скажем, что ты пытался, любые деньги платим.

На фоне кто-то крикнул, что опять пошла вода из потолка, после чего раздался женский голос. Слов было не разобрать, но интонация мне была знакома.

— Максим, ты слышишь? — Глеб почти зашептал, будто боялся, что Лика вырвет у него телефон. — Там реально жопа, у неё потолок в гардеробной пошёл, она орёт, что нас всех в суде размажет, а я даже не понимаю, с какой стороны к этому итальянскому гробу подходить.

— Пароли есть? — спросил я.

— Нет, откуда, там нулевой уровень был у Орлова, а он, сам понимаешь… — Глеб запнулся и сглотнул так громко, что это было слышно через телефон.

— Понимаю, — сказал я.

Очень хорошо понимаю.

— Слушай, ты же тогда ресторан поднял, — продолжил он быстро, боясь, что я сброшу. — Ты же шаришь в этой автоматике, ну хотя бы посмотри, а? Мы тебе официальный вызов оформим, пропуск сделаем, оплату двойную, тройную, как скажешь. Только приедь, потому что если сейчас приедут итальянцы, нас сначала уволят, потом засудят, потом ещё заставят извиняться на коленях.

Вот оно.

— Если я туда приеду, — сказал я, глядя на разложенный инструмент, — я работаю по своим правилам. Никто не лезет под руку, никто не орёт над ухом, доступ в техзоны полный, все решения фиксируются сообщениями от тебя, чтобы потом не оказалось, что сантехник Смирнов самовольно трогал оборудование стоимостью с небольшой посёлок.

Глеб на секунду замолчал. Даже в панике бюрократ внутри него попытался выжить.

— Ну… да, конечно, я напишу, что ты привлечен как внештатный специалист, только ты пойми, там сейчас такая обстановка, что она может начать…

— Не «ну да», Глеб, — перебил я. — Сейчас пишешь мне в мессенджер, что вызываешь меня для диагностики и аварийного восстановления систем особняка Орловой, доступ полный, ответственность за допуск на УК. Потом я выезжаю.