Лена на прощание легко, почти невесомо коснулась моей руки чуть выше локтя, тепло улыбнулась и направилась вглубь торгового центра, оставляя за собой шлейф приятного парфюма. Я проводил её взглядом, чувствуя, как настроение после встречи заметно улучшилось, затем перехватил поудобнее пакеты и зашагал к выходу.
— Ну что же, Максим Константинович, — тихо сказал я самому себе. — Покойник начинает выглядеть вполне прилично для того, чтобы вернуться в игру.
Глава 13
После торгового центра домой я сразу не поехал. На улице стояла типичная мартовская погода с влажным пронизывающим ветром, который настырно лез под воротник. Асфальт блестел после недавнего дождя, машины нервно сигналя, толкались в пробке, а по тротуару шли люди, на серых лицах которых, читалась вечная городская усталость.
Возле своего района я притормозил у маленькой кофейни на углу, которая представляла собой стеклянный киоск с парой шатких столиков под пластиковым навесом. На вывеске крупными буквами было написано «Кофе и выпечка». Такие места обычно держались на одном упрямом владельце, который сам заказывал продукты, сам ругался с наглыми поставщиками, сам мыл грязный пол и искренне считал, что бизнес обязательно наладится, надо лишь немного потерпеть. Но обычно чудес не происходило, и всё только катилось под откос.
Я припарковал скутер у высокого бордюра, проверил крепление пакетов и подошёл к распахнутому окошку. За стойкой стояла женщина лет сорока с уставшим лицом, которая молча кивнула мне так, будто мы виделись здесь каждый день, хотя я заехал сюда впервые.
— Чёрный кофе без сахара, пожалуйста, — попросил я, внимательно рассматривая витрину с заветренными булками.
— Вам сделать покрепче, чтобы глаза открылись, или обычный? — спросила женщина, протирая стойку кофемашины.
— Делайте самый крепкий, мне сегодня ещё долго работать, — ответил я.
Женщина кивнула и начала готовить напиток. Воздух наполнился терпкий запахом свежемолотых зёрен. Я взял горячий картонный стакан, расплатился и отошел к деревянной лавочке под навесом. На ней уже сидел плотный мужчина лет сорока пяти с круглым лицом, одетый в тёмную куртку, которая судя по всему когда-то покупалась в дорогом бутике, а теперь просто честно доживала свой век на плечах помятого жизнью хозяина.
Перед ним на коленях лежала открытая пухлая папка с документами, рядом стоял давно остывший кофе, а сам он обреченно смотрел на лежащие перед ним документы.
Я молча сел на другой край лавочки, вытянул гудящие ноги и сделал первый осторожный глоток, отметив про себя, что кофе оказался немного пережженным, но за свою цену вполне приличным. Мужчина сначала не обратил на меня внимания, продолжая сверлить взглядом бумаги, но потом вдруг резко выдохнул.