Виктор мгновенно застыл в кресле. Это длилось недолго, меньше секунды, но я всё увидел. Его зрачки сузились, пальцы нервно дернулись у циферблата часов, а плечи инстинктивно напряглись. В комнате стало холоднее, и дело было вовсе не в мощности кондиционера. Он увидел перед собой не моё лицо. Лицо было чужим и незнакомым, с которым он столкнулся впервые. Но он увидел ту самую ауру, которую просто невозможно сыграть или подделать, если ты всю свою жалкую жизнь был только вторым номером.

— Это… забавно, — произнёс он после недолгой паузы, но его голос стал заметно суше. — Для простого мастера вы слишком любите говорить загадками.

— Мастера вообще слишком много знают о людях, — я просто пожал плечами и вновь стал прежним Смирновым. — Особенно те мастера, которые каждый день ходят по закрытым кабинетам, куда их пускают только потому, что без их работы встанет всё здание. Как я уже сказал, мы слишком много знаем.

— Вы мне сейчас угрожаете? — процедил он, подавшись вперёд.

— Ну что вы, Виктор, — ухмыльнулся я, ведь мы оба поняли, что роль хозяина только что перешла в мои руки. — Угрожают только те люди, которые чувствуют свою слабость и страх. Я же просто рассуждаю, и ни в коем случае ни на что не намекаю.

Он смотрел на меня уже без былой снисходительности и барства. И вот теперь наш разговор стал по-настоящему полезным и продуктивным. Сначала он видел во мне только странного выскочку-сантехника. Потом он разглядел полезного и умного мастера. А теперь он чётко увидел во мне переменную. Опасную и, возможно, очень дорогую переменную. Виктор резко встал с кресла и прошёл к панорамному окну. Он сделал вид, что задумчиво любуется видом города. На самом деле он просто брал паузу, чтобы успокоиться. В своей старой жизни я сам часто так делал, когда мне нужно было сдержаться и не ударить тупого собеседника прямо во время переговоров.

— Я навёл о вас справки, — сказал он, не оборачиваясь. — Разборки с бандой Сысоева, громкий конфликт с руководством ТСЖ, суд, прокуратура, какие-то странные дружеские связи с местным участковым, а потом эта мутная история с умным домом Анжелики Викторовны. Ещё я знаю про какие-то гаражи, ремонты и рекомендации от серьёзных людей. Вы слишком быстро растет для простого работяги, Максим.

— Хорошие и крепкие сорняки тоже быстро растут, если их не полоть, — с улыбкой ответил я. — Главный вопрос в том, что у них с корнями.

— Вот у вас с корнями всё очень интересно и непонятно, — ухватился за мои философские изречения Виктор. — Бывший сантехник, серьёзные проблемы с алкоголем, куча долгов, постоянные драки. А потом внезапно появляется железная дисциплина, дорогие заказы, полезные связи, юридическая грамотность, сложные инженерные решения и умение на равных разговаривать с людьми, которые находятся сильно выше вашего социального уровня. Как вы это объясните?