Словно почувствовав мое состояние, Форх опять посмотрел на меня.

— Что, Медный, совсем хреново? Плохо себя ощущать, когда не ты управляешь своей жизнью?

— Меня зовут Виктор, — постаравшись унять дрожь в голосе, произнес я, — и я в душе не чаю, кто такие эти ваши Медные, понял меня, придурок мелкий⁈

Попытка показаться грозным полностью провалилась, и уже последние слова я почти прошептал, но вместо очередного удара коротышка опять хрипло рассмеялся и положил одну из своих рук мне на плечо:

— Молодец, хоть и боишься, но от своего не отступаешь, но еще раз меня коротышкой обзовешь, и я тебя сам по пояс укорочу, понял? — смех его резко затих, а мое плечо словно попало в стальные тиски.

После моего кивка головой он отпустил меня и изложил свой план, который был прост, как дважды два. Нам предстояло преодолеть все это расстояние максимально быстро и также максимально скрытно, не привлекая к себе внимания радусов. Как это можно было совместить, я не представлял, но перечить мне особо не хотелось, болящие лицо с плечом как бы намекали.

Пока Форх что-то обсуждал с Алин, я, наконец-таки, удосужился рассмотреть помещение, в котором оказался. На первый взгляд создавалось впечатление, что мы находились в длинной трубе диаметром не больше десяти метров. Стены уходили вверх, и в полумраке трудно было рассмотреть верхние перекрытия, лишь изредка сверху можно было заметить блики света, отражавшиеся от каких-то металлических балок.

Стены были покрыты светящимся мхом, который, по указке Алин, начал сдирать своими тонкими пальцами Дерек. Спустя пару минут работы проступили контуры двери, ведущей к нашей свободе.

— Так, Алин, начинай взламывать замки, Дерек, приготовься подсобить, — раздавал указания Форх.

— А ты, — продолжил он, смотря мне в глаза, — будь на виду. Дернешься туда, куда не надо, оторву ногу и оставлю радусам.

Отвечать я ему не стал, и так было понятно, что выбраться отсюда у меня получится только с этой троицей. Вряд ли местные твари будут настолько любезны, что проводят меня до дома, где бы он ни был.

Восприняв мое молчание, как знак согласия, Форх, наконец-то, отстал от меня и стал гипнотизировать дверь. Пару минут не было заметно никаких изменений, затем с диким скрипом створки раздвинулись на каких-то пару десятков сантиметров и застыли.

— Якорь тебе в бухту! — ругнулся Форх, кинувшись к двери и потянув одну из створок в сторону. — Дерек, давай помогай. Этот звук слышно было в самой Башне. Сейчас прибегут падальщики.

Даже сквозь пыхтение и ругательства, раздающиеся со стороны этой парочки, пытавшейся расширить проход, сверху явственно был слышен гул, нарастающий с каждой секундой.