А вот глядя на образ гоблина перед сном он понял одну вещь, — фигуры формировали не тысячи песчинок, а тысячи поблескивающих гранями кристаллов, раз в десять больше одной песчинки. Именно этого он не заметил вначале — что весь этот поток тьмы сначала состоит из песчинок, потом плавно превращается в кристаллы, а дальше, формируясь определенным образом, становится каплей тьмы.

А значит…значит из песчинок нужно научиться делать кристаллы, вот только с двумя десятками это делать пока рано.

Зур’дах думал, что будь у него больше свободного времени — прогресс в изучении тьмы шел бы гораздо быстрее. Иногда у него просто не оставалось сил призвать тьму, даже несмотря на то, что тьма ему немного восстанавливала силы. Настолько изматывающими были тренировки однорукого.

Лишь когда пошел второй месяц тренировок, им выделили почти час свободного времени. И то — перед сном. Видимо, просто для того, чтобы дети не сошли с ума.

И при всём при этом Зур’дах не мог так часто отлучаться от своих. Рядом всегда была Кайра и Тарк, и было бы просто странно их прогонять без причины. Они часто разговаривали втроем, вспоминая подземелья, пещеру, Драмара, и то, как их поймали.

Теперь это казалось каким-то сном. Будто никогда с ними такого и не происходило.

Зур’даху не нравились эти разговоры, не нравилось вспоминать, потому что это было больно. Пауки обманули, — боль осталась. А ему хотелось забыть.

— Почему ты перестал рисовать? — спросила Кайра.

Гоблиненок застыл. Со всеми тренировками и тьмой, он и забыл что когда-то любил рисовать.

— Я не знаю… — ответил Зур’дах, — Как-то было…не до того.

— Но сейчас же можно, у нас теперь есть больше времени.

Гоблиненок выдохнул. Он вообще не был уверен, что не разучился рисовать.

— Не знаю, а чем? Камнями не выйдет…

— Я найду чем, — уверенно заявила девочка в ответ.

Всем им было всё же слишком скучно. Кроме примитивных забав да игр в кости, которые дети сделали из камней, — развлечений не было. Те же камни мальчишки обтачивали до нужной формы почти неделю, а потом гордо показывали идеальные кубики. Даже Зур’дах не мог удержаться и играл. Жаль, играть было почти не на что, и это сводило азарт на нет.

Однако, часть детей продолжала играть каждый день.

Зур’дах и сам принялся за поиски подходящих камней, но ни он, ни Кайра не нашли ничего похожего. Да, мелких камней хватало, но это всё было не то. Царапать ими по камню было совсем не тоже самое, что рисовать угольками.

Кроме того, всё пространство между домами, площадками и дороги, — всё регулярно подметалось и никакого мусора тут попросту не скапливалось. Даже кости мальчишки сделали из осколков тренировочных камней, которые втихаря подобрали себе. Но и эти камни для рисования совсем не подходили.