Он и подумать не мог, что меня перехватит его незаконнорожденный брат. У Дикториана, на удивление, чуйка сработала лучше.

Только когда Джералоф ощутил смертельную опасность для меня, увидел моё испуганное лицо, почувствовал мой страх — тогда до него дошло, что упустил истинную.

Он сразу собрался меня спасать, но… видение резко исчезло, как и предчувствия моей смерти. Король был в замешательстве, даже подумал, что ему показалось.

Джералоф продолжал мои поиски. Военные опросили всех слуг. Некоторые говорили, что видели меня, бегущую по коридорам дворца, но ни один работник кухни не сказал, что я забегала в подсобку. Скорей всего, мать Дикториана им пригрозила.

Несколько дней король ждал, что я появлюсь сама, до сих пор считая, что я всё же где-то отсиживалась во дворце. Испуганная мышка когда-нибудь проголодается и выйдет в поисках еды. Но шли дни, я не выходила, надежда снова увидеть меня у монарха таяла, как льдинка в горячей ладони. Тогда он во второй раз решился отправиться к ведьме.

В здешнем мире считается, что ведьмы занимаются чёрной магией, поэтому прибегать к их услугам очень рискованно и позорно, тем более монарху. Но другого выхода Джералоф не видел: раз белые маги не могли ему помочь, то пришлось обратиться к тёмным.

С ведьмой договориться проще, чем с колдуном. Колдуны просят непомерную плату, чуть ли не литр драконьей крови, в то время как ведьма берёт лишь несколько капель для изготовления зелья молодости для себя. А колдуны изготавливают зелья продления жизни для себя и на продажу.

От отравления защита магов не сработала, а вот ведьмина работает до сих пор. То, что родителей отравила именно мать Дикториана, Джералоф, естественно, догадывался, но не смог доказать.

Маги проверяли специальным артефактом руки поварихи: если бы она держала в них отраву, даже в перчатках, то он бы показал. Проверили и Дикториана, а также всех работников кухни — не нашли.

Тогда Джералоф решил оставить всех в покое, но наблюдателя на кухню прислал — Далию. Эта девушка была одной из бывших любовниц Джералофа. Сначала была простой горничной, затем недолго побыла наложницей, а потом король охладел к ней и пообещал ей большое вознаграждение, если будет следить за Дикторианом и его матерью.

Та с радостью согласилась: всё же лучше, чем обратно горничной становиться или вообще из дворца уйти. Она исправно выполняла приказ короля, всё докладывала, в основном, что и когда приворовывали на кухне та же Магда и другие работники. Но про моё появление там в первый день она не сказала. И Джералоф поверил. Тогда он ей ещё верил, пока не произошёл сегодняшний случай.