— Никогда не слышал о таких животных.

Исчерпав все силы, я нашла в ногах одеяло, укрылась и отвернулась от неприятного собеседника. К тому же говорить всё равно не могу.

Только в этот момент я поняла, что мне и правда нехорошо: знобит, лоб горит, в горле ужасно першит.

Вот же угораздило-то!

Мало того, что в чужом мире оказалась, так меня чуть в тюрьму не упекли, хотели убить, несколько раз оскорбили, ещё и заболела вдобавок. Ну вообще “весело”.

Хорошо, хоть орк всё-таки в постель меня уложил, а не на пол, как обещал.

Орочьи тяжёлые шаги удалились. Повернувшись на спину и приподняв голову, я осмотрела комнату: немного меньше предыдущей, но довольно уютная. Одна кровать с мягкой периной чего стоит. И одеяло такое же мягкое. Никогда не спала в подобных условиях. Пожалуй, это самое приятное, что со мной здесь произошло.

В носу что-то защекотало. Я громко чихнула. Эх, а вот болеть неприятно.

Вскоре опять появился орк, и я, снова укрывшись одеялом с головой, отвернулась от него.

Сквозь одеяло в спину ощутила пару лёгких тычков.

— Вылезай, я тебе отвар принёс.

— Не хочу! — прохрипела я из-под одеяла.

— Значит, так. У тебя два варианта: первый — делаешь всё, что говорю, и ты быстро выздоравливаешь. И второй — выздоравливаешь своими силами, но это будет более длительно, и есть шанс, что подохнешь. В последнем случае хоронить не стану, просто вынесу на улицу, чтобы твоё тело дикие звери съели. А их в наших краях о-о-о-очень много и все о-о-о-очень голодные.

Последний аргумент оказался более чем убедительным, я откинула с головы одеяло и протянула к орку руку ладонью вверх, чтобы получить спасительное от болезни средство.

Он ухмыльнулся и постелил мне на ладонь свёрнутую в несколько слоёв тканевую салфетку, а на неё поставил широкую глиняную чашку с отваром. Чашка оказалась горячей: теперь понятно, для чего салфетка.

Я поднесла ёмкость с отваром к носу и, почуяв насыщенный запах многочисленных трав, снова ощутила голод.

Увидев, что сверху отвара находился приличный слой жира, я поморщилась и протянула орку это месиво обратно.

— Я не буду это пить. Меня стошнит.

— Этот жир необходим, иначе быстро ослабнешь.

— Не буду.

— Это средство очень действенное, на себе ни раз испытал.

— Не хочу я такое пить! — повысила я голос и закашлялась.

— Хорошо, ты сама сделала выбор, — сказал он, забирая у меня чашку, и поставил её на тумбу рядом с кроватью.

С улицы, причём где-то рядом, донёсся протяжный вой. Затем злобное рычание, как будто кто-то с кем-то дрался.

Я даже кашлять от страха перестала и ошарашенно уставилась на орка.