И в октябре африканцы начали подсчитывать «дополнительные урожаи», а я — «полученные бесплатно» заводы. И полученные «за гроши» прочие ништяки. Среди которых заметное количество кожаной обуви, производимой из импортных шкур: коровки в Эфиопии были хотя и мелкими и весьма худосочными, но шкуры у них оказались для советской обувной промышленности более чем подходящими. Но шкуры-то не только из Эфиопии шли: очень много кожи стала поставлять в СССР Аргентина. Страна, руководство которой было одним из наиболее упертых врагов Советского Союза — но с Мексикой у нее были в целом отношения приличные, и кожу своих коровок аргентинцы продавали сеньоре Луне — а куда та ее девала, их вообще не интересовало. А так как в Аргентине инфляция буквально бушевала, поставки этой кожи в СССР — даже после изрядной наценки со стороны мексиканки — шли по ценам раза в два ниже среднемировых.

А еще крайне дешево в СССР поставлялся бразильской кофе. Нафиг нам не нужный, мы и куда эфиопский деть, не знали — но в той же Европе было довольно много стран, где этот напиток пользовался определенной популярностью, так что получалось его с некоторой выгодой туда перепродавать. Выгода все же была не особо большой, но лишняя импортная денежка никогда мне лишней не казалась, а благодаря объемам этой торговли выручка уже много кому в нашей стране сильно нравилась. И особенно сильно она нравилась товарищу Первухину: мы уже вроде программу развития АЭС согласовали, и он был готов строить по пять-семь ядерных блоков в год (причем не считая «маленьких») — а вот товарищ Кротов пока что к намеченным рубежам по выпуску генерирующих мощностей не особо приблизился, и получилось только за счет поставок этого кофе в Западную Германию закупить там четыре турбоагрегата по пятьсот мегаватт. А за счет того, что французы тоже очень любили по утрам принять чашечку кофе с круасаном, и для одной гигаваттной станции был законтрактован мощнейший турбогенератор.

Правда, на совещании перед Новым годом Петр Миронович поинтересовался, как же я решила «поддержать» нашего «потенциального конкурента» в поставках за рубеж мощных электростанций, но с одной стороны у нас пока просто и выбора не было (французы нам «энергетический остров» поставить согласились, а американцы даже разговаривать на это тему не захотели), а с другой…

— В паровых турбогенераторах французы нас и так на несколько лет уже обгоняют, а если мы получим прямой доступ к их изделиям, то нам поможет и свои получше все же делать. И это — раз, а два — мы получим минимум на два года раньше лишний гигаватт энергии.