«Вы бы лежали. Тонким слоем пепла на мостовой», — дало сбой мое миролюбие. Оно бы у кого угодно дало сбой, под двумя-то наведенными стволами.

— Предлагаешь мне их отослать? — холодно спросила мать.

— А ты думаешь, что я для тебя представляю опасность? — ответил я вопросом на вопрос. — Повторюсь: мне без разницы, что с ними станется. Заводи уже свою шарманку с абракадаброй.

Сверкнуло золото глаз. Зазвучала мешанина из оттенков несочетающихся звуков. И снова я не мог их уловить, запомнить, они ускользали от моего разума.

Перед глазами потемнело, я шатнулся, но устоял на ногах. Тонкая натянутая нить внутри оборвалась, отсекая меня от пламенной сути. Однако, прогресс: в прошлый раз меня совсем ведь выключило.

Богдана даже не шелохнулась. Она стояла на середине моста, скрестив руки на груди, и наблюдала, как корежит ее сына.

— Ма, я вспомнил, — ласково обратился к родительнице.

— Что? — ни малейшего намека на эмоции, пустой голос.

— День, точнее, вечер, с которого начал звать тебя и отца «ма» и «па», — мягко продолжил. — С гостями, застольем и корюшкой. Когда я заговорил, а вы радовались.

Похоже, она подавилась вздохом. Я мог поздравить себя с успехом: раскачка эмоциональных качелей удалась.

— Нам отойти? — негромко осведомился один из сопровождения ма, который помладше и рыжий.

Оружие он и его напарник убрали. Полагаю, сочли меня неопасным без силы.

— Нет, Никита, останьтесь, — ровно выговорила Богдана. — Андрей уже не в том возрасте, когда все его капризы должны исполняться.

Отвлеклась и тут же взяла себя в руки, попыталась отыграться. Ничего, ма, еще не вечер.

— Угу, снайпер же сидит на попе ровно, не дергается, — я зевнул, прикрыв рот ладонью. — И вы не отлынивайте. У па среди пластинок была такая розовая, с записью Мении Мартинес «Работай, негр». Кубинская народная. Хорошие, верные там были слова, мне их па перевел, когда я ленился в своей комнате порядок навести, — я напел, совершенно не попадая в ритм. — «Работай, негр, солнце еще высоко! Господин, но это же луна! Все равно работайте, она еще высоко».

— Довольно, — оборвала мое выступление Богдана. — Прекращай дурачиться.

— И правда, — я сложил руки домиком. — У нас же не так много времени, — глянул на часы. — Осталось на задушевные беседы. Или что ты там планировала со мною делать, ма?

Узнать о наличии и позиции снайпера я успел до того, как остался без связи с огнем. Тянуть время порой бывает полезно для здоровья. Жаль, не узнаю уже, один ли он тут или где-то еще затаился неучтенный человечек с ружьишком (или винтовкой, огонь не очень разбирается в современном оружии). Я, пока шел, прикинул сразу с пяток удобных мест.