Зато я в игре явный новичок, и вовсю пользуюсь оловянным паровозом. Мне сообщения о повышении качества оружия и доспеха приходят регулярно. Я словил под два десятка таких сообщений. Теперь мой карабин шарашит с автоматной скорострельностью, а мощь у выстрела такая, что пробивает толстенный металл вражеской брони не хуже танкового кумулятивного снаряда. Может, мне кажется, но по-моему даже оловянные солдаты начали видеть во мне равного им бойца.
К исходу целого дня непрерывных сражений мы поднялись на очередной скальный гребень. Вершину гребня венчает мощная крепость, выстроенная из какого-то позеленевшего от времени на вид пластичного материала.
— Генерал, из чего сделана эта постройка?
— Из меди, — ответил генерал.
— А, так это и есть Медная Колыбель вашего мира?
— Она самая.
— Мрачновато выглядит для детской колыбельки.
— Какой мир, такая и колыбелька, — резонно пояснил генерал, потом немного подумал и выдал философски, — Впрочем, возможно вы правы. Возможно, я путаю причину со следствием. И правильно будет сказать: какая колыбелька, таков и мир. Только это все бессмысленная софистика. К бою!
Глава 25
Генерал не стал давать лихой команды кидаться на стены. Тактически грамотно рассудив, он решил сначала слегка «размягчить» оборону противника.
Не подходя к крепости ближе трёх километров, солдаты ударили всем дальнобойным, что имели на вооружении. Мой карабин оказался самым дальнобойным и, что немаловажно самым точным. Фактически компактная снайперская гаубица.
Заняв удобную позицию, я выносил все подозрительное, что попадалось в мой восьмикратный прицел. Что самое замечательное, мне не нужно перезаряжаться или ждать, когда остынет перегретый ствол. Ствол всегда едва теплый. Скорострельность в четыре выстрела в секунду позволяла считать подозрительным абсолютно все и пальца с курка не снимать.
Через десять минут веселой пальбы медная Колыбель мира превратилась в медный Дуршлаг мира. Ворота, по которым я непрерывно пулял в течение целой минуты, обвалились с петель, открыв проход в крепость.
— Штурмовики пошли, — дал отмашку генерал, — Остальные прикрывают огнём… вы, штатский, тоже пойдете в первых рядах.
Я пожал плечами индифферентно. Хоть сам считаю, что прикрывать штурмовую группу как раз именно мне бог велел, но не спорить же с генералом. Перехватил карабин наперевес и побежал вперед.
Я старался не отставать от бегущих «штурмов» настолько хорошо, что в крепость вбежал первым. Остатки Искаженного гарнизона предпринимали вялые попытки оказывать сопротивление, которые я пресекал автоматными очередями из карабина. Забежавшие следом штурмовики помогали, закидывая гранатами любые подозрительные скопления металлолома.