— Ну знаешь, — Технос потерял терпение, — Ты перешел все мыслимые границы. Выбалтывать коммерческую тайну чересчур даже для тебя.

Оскорбленный технобог вскочил со стула и быстрым шагом вышел из зала, напоследок громко бабахнув дверью.

— Какие мы нежные, — буркнул Покапль нахмурившись, он, похоже, и сам осознал, что перегнул палку.

Со вздохом зверобог поднялся со своего ложа.

— Тоже уже уходите? — спросил я.

— Извини, Марк. Что-то собрание сегодня не задалось.

Засунув руки в карманы и рассеянно насвистывая, Покапль удалился вслед за Техносом. Дворецкий предупредительно открыл, а затем закрыл за ним дверь.

— Марк, это что сейчас было? — спросила поражённая Лула.

— Хороший вопрос. Пойдём к Гору. Там обмозгуем.

Вернувшись в кабину, некоторое время мы с Лулой оба молчали, осмысливая произошедшее.

— Марк, ты не ожидал, что они рассорятся?

— Ну, во-первых, сказать, что они рассорились, значит сказать громко. А я не люблю говорить громко без нужды.

— А, во-вторых?

— А, во-вторых, у меня нет уверенности, что два старых интригана не устроили представление. Они могли разыграть спектакль, чтоб мы поверили в их ссору.

— Да ну, Марк. Они управленцы, а не артисты. Лично я наигранности не заметила.

— Возможно, ты права. Я слишком привык ожидать подвоха. Вижу заговор там, где его нет…

— Но?

— … но я все равно не верю, что это именно Покапль подкинул Техносу химеру. Хотя склонен согласиться с Техносом, что Покапль в выигрыше.

— То есть у нас по-прежнему нет никаких зацепок?

— Единственная зацепка — масть виверны. Ты что-то слышала про серых виверн?

— Вообще не знала, что бывают серые… вернее, по мне, так они все зелено-серые. Более серые… менее серые… если кто знает, то это Сова. Наша ходячая энциклопедия.

— А давай смотаемся к Сове. Вдруг он и вправду что-то знает.

В этот раз Сова открыл почти сразу. Мы еще толком не успели разогреться, только начали входить во вкус и ритм долбежки в железные воротные двери, а он, приоткрыв створку, уставился на нас выжидательно. Лула тут же протянула Сове предусмотрительно прихваченное мороженое. Сова довольно заулыбался.

— Ты бы уже выбирался из своего медвежьего угла, — сказала Лула с укоризной, — У нас в баре мороженое можно кушать хоть целый день.

— Целый день ни к чему, — наставительно сообщил Сова, — Если кушать его целый день, оно приестся. Не будет такого удовольствия.

— Тебе виднее, — Лула первой прошла в жилище, — А чего это ты сегодня так быстро открыл? Мы привыкли к тебе долбиться по полчаса. А ты лишил нас привычного ритуала.

— На вас не угодишь, — Сова плюхнулся на скрипучий пыльный диван, — Рассказывайте, что у вас опять случилось?