знанием. Они сидели молча. Солнце садилось — медленно, февральское солнце садится рано, но красиво: небо становилось оранжевым, потом розовым, отражаясь в воде. — Красиво, — сказала Лена. — Да. — У бабушки в письмах деда было упоминание про закат. Что она рисовала закаты. — Может быть, тот самый закат, — сказал Игнат. — Закаты повторяются. Каждый день — новый, но похожий. Лена смотрела на небо. — Я не помню, когда последний раз смотрела на закат, — сказала она. — В смысле — смотрела специально. Не из окна машины, не мимоходом. Просто — смотрела. — Сейчас смотрите, — сказал Игнат. Она смотрела. Небо менялось — медленно, постепенно, оттенки переходили один в другой так плавно, что невозможно было сказать, где кончился один цвет и начался другой. Они сидели и смотрели, пока солнце не скрылось за горизонтом. Глава 12. Письмо самой себе Вечером Лена сидела в квартире бабушки с блокнотом — старым, который нашла в одном из ящиков, почти пустым, бабушка использовала его для записей покупок. Она открыла на чистой странице. Написала: «Когда будет время» . Потом подчеркнула эти слова — сильно, несколько раз. Потом написала под ними: «Что если время — это сейчас? Не "когда-нибудь". Сейчас». Она сидела и думала. Потом написала список — не в телефоне, в блокноте, от руки: Смотреть закаты. Гулять без цели. Узнать этот город. Не торопиться. Простой список. Без приоритетов, без цветовой кодировки. Она посмотрела на него. Потом закрыла блокнот. Достала телефон. Открыла приложение со списками. Нашла «Когда будет время». Долго смотрела на него. Потом удалила. Не потому что решила всё сделать. Не потому что в одну ночь изменилась. Просто — поняла, что этот список был способом откладывать. Называть мечты, не пытаясь их исполнить. Бабушкина история про «сейчас не время» — но в приложении, с современным дизайном. Она не хотела такой список больше. Часть четвёртая. Привычка бежать Глава 13. Март. Контроль Прошёл месяц. Лена осталась в Калининграде — не приняв осознанного решения «остаюсь навсегда», просто — продолжая быть здесь, день за днём. Работа продолжала идти — она договорилась с руководителем о удалённом формате на время, частичная занятость, меньше часов. Это было непривычно — работать меньше. Первую неделю она чувствовала вину — как будто делает что-то неправильное. Потом — постепенно — привыкла. Но привычки не уходят быстро. Однажды, в начале марта, она поймала себя на том, что составляет план дня — детальный, по часам, как делала в Москве. «9:00 — завтрак. 9:30