— не только для неё, но и для других. Мама приехала на несколько дней — посмотреть, как дела, забрать некоторые вещи бабушки. Она смотрела на Лену и говорила: — Ты выглядишь иначе. — Как иначе? — Спокойнее. — Мама всматривалась в её лицо. — Раньше у тебя было такое... напряжение. Постоянное. Сейчас — нет. — Я заметила тоже, — сказала Лена. — Что произошло? Лена думала, как объяснить. — Я перестала бежать, — сказала она наконец. — Куда бежать? — Не знаю. Куда-то. Всё время — куда-то. — Она пожала плечами. — Здесь — некуда бежать. Вернее — есть куда, но я не бегу. Мама смотрела на неё — с чем-то похожим на узнавание. — Ты как бабушка стала, — сказала она. — В молодости. — Что ты имеешь в виду? — Я помню — давно, я была маленькой — бабушка иногда сидела просто так. У окна. Долго. Я спрашивала: что ты делаешь? Она говорила: смотрю. — Просто смотрела? — Просто смотрела. — Мама улыбнулась — с лёгкой грустью. — Потом это прошло. Не знаю когда. Она стала как все — занятая, торопящаяся. — Пауза. — Может, ты сейчас видишь её такой, какой она была когда-то. До того, как перестала. Лена думала об этом. После того, как мама уехала, Лена пошла на берег — одна, вечером. Села на песок, смотрела на воду. Закат был особенным в тот вечер — облака давали сложную картину, цвета переходили один в другой неожиданными способами. Она достала альбом — теперь всегда носила его с собой — и начала рисовать. Медленно, без спешки, без оценки результата. Когда закончила — было уже почти темно. Рисунок был неидеальным — но он был живым. Она смотрела на него и думала: вот. Это. Часть шестая. Привязанность Глава 23. Что между Леной и Игнатом Это не было резким — не было момента «вдруг». Постепенно их встречи стали чаще. Не только в мастерской — иногда они вместе ходили на рынок, иногда — гуляли по городу, иногда просто сидели в кафе и разговаривали или молчали. Между ними не было того напряжения, которое обычно бывает в начале отношений — той тревоги, неуверенности, желания произвести впечатление. Было что-то другое — спокойствие. Как будто они давно знали друг друга, хотя знакомы были всего несколько месяцев. Однажды, в июле, они сидели на причале — вечером, после работы. Игнат заканчивал что-то с лодкой, Лена сидела рядом, рисовала. — Можно спросить? — сказала она. — Да. — Вы не пытались — с кем-то после Марины? Игнат отложил инструменты. — Были попытки, — сказал он. — Не серьёзные. Не получалось — или я не давал получиться. — Почему? — Не знаю точно. — Он думал. — Может быть, боялся снова