Многие новички до сих пор мучаются сомнениями на тему «правильно ли убивать гоблинов». И ведь, прибыв сюда в первый раз, я тоже немало колебался. Тот бонус, что я получил от карты, в виде «опыта убийств», судя по расспросам, достался единицам и даже так лишь облегчал последствия. Решение ты должен был принять сам. Происходящее меняло нас, причем далеко не всегда в лучшую сторону. Как ни посмотри, с точки зрения обычных людей, я — чудовище. И большинство ветеранов — такие же чудовища.

Мои принципы довольно просты — не бить в спину союзникам, соблюдать свои интересы и соразмерно отвечать на удары. Но кто будет оценивать адекватность моих действий? Под пределы «необходимой самообороны» они точно не подпадают. И долго ли продержатся мои принципы в условиях постоянного давления? Желание выжить — довольно коварная штука, а безнаказанность развращает. Именно поэтому игрокам нужно было объединиться и разработать хоть какие-то правила. Законы, за нарушение которых карала бы не Система, а само сообщество.

Я отвлекся от печальных мыслей и посмотрел вниз. Вид, раскинувшийся передо мной, внушал определенный оптимизм. То, что я изначально воспринимал как временную стоянку, стремительно превращалось в нечто куда более похожее на нормальный лагерь. Дым десятков костров привлекал внимание издалека, и к вечеру на площади собрались уже порядка пяти сотен игроков, причем новые группы все подходили и подходили. Да и общие потери были невелики…

Осталось: 956/1000

Такое не объяснить случайностью — очевидно, что на этот раз зона высадки была значительно более ограниченной. Похоже даже не все шестое кольцо, а лишь довольно узкий его сектор. Иначе, учитывая размеры города, игроки не смогли бы собраться здесь в таком количестве так быстро.

Сделав очередной глоток, я лениво посмотрел на высокого, крепкого мужика, который двигался по периметру площади, периодически вскидывая черный меч и что-то крича. Громко, но площадь была слишком большой, так что различать получалось лишь отдельные слова. Периодически в ответ на крики из толпы выходил игрок и присоединялся к его шествию. К тому моменту, как он подошел достаточно близко, собралось уже восемь человек. Причем, похоже, сплошь ветераны.

— Я — верховный жрец Кетцалькоатля! Все, кто верен Змею, — ко мне!

Еще один жрец? Тогда понятно. Учитывая, что на семерых богов приходится около сотни ветеранов, и если предположить, что они распределялись более-менее равномерно, то у этого Кетцалькоатля должно быть порядка четырнадцати-пятнадцати последователей. Из которых здесь, считая самого жреца, собралось сразу девять. Неплохо…