Это и называется уважением. Почти как в старые добрые времена, когда «люди дела» практически в открытую заправляли этим городом. Впрочем, Биллу еще не было и тридцати — не настолько стар, чтобы видеть то время собственными глазами. Просто вечное брюзжание стариков, которым, если ты хочешь продвинуться выше, полезно иногда поддакивать. В «старые добрые времена» стрельба практически не прекращалась, а его восемь трупов не показались бы никому чем-то особенным. Нынче же убивать вот так сразу было как-то не принято. Как уже говорилось — мертвецы не приносят денег, а суть всего происходящего, как ни крути, заключалась именно в них. В хрустящих зеленых купюрах с американскими президентами. Даже если после очередной реформы купюры уже не такие и зеленые…
И его боссы совершили самое страшное преступление на территории США. Убийства, взятки, контрабанда, изготовление и торговля наркотиками… Все это меркло перед главным грехом — они уклонялись от уплаты налогов. Легальный бизнес, некогда созданный лишь для отмывания денег, вдруг начал приносить ощутимую прибыль. Среди «экономистов», умеющих метко стрелять из пистолетов, вести душевные разговоры с должниками и решать разного рода проблемы, вдруг появились настоящие выпускники престижных колледжей. Затем один из них пролез в руководство, заигрался и, оказавшись под следствием, без колебаний сдал теневой бизнес.
Биллу поручили разобраться с предателем, но он так и не смог прикончить своего девятого «оленя». Опуская подробности, он облажался, предатель ушел, а у фирмы начались действительно серьезные проблемы. Некоторые ошибки, при всей их непреднамеренности, не прощаются. Традиционный тазик с цементом, в котором стояли его ноги, служил тому убедительным доказательством.
— Ты знаешь, что я ничего не имею против тебя, Билли, — сказал его давний приятель Том. Такой же опытный «экономист», правда, трупов на нем было поменьше. Всего пять, если не врал. — Но наши старики уж очень злы на тебя. Я их даже понимаю — все же двадцать пять лет, без права досрочного освобождения…
Билл мог бы многое ответить. О неудачном стечении обстоятельств, хорошей охране и изначально малых шансах на успех, но когда твои ноги «плещутся» в тазике со стремительно застывающим цементом, а сам ты находишься на яхте посреди глубокого озера, то любые оправдания как-то теряют цену. И смысл…
— Ты был лучшим, Билли, и ты их подвел. Подвел всех нас. Боссы просили передать тебе, что следующей будет твоя семья… Жена, сын, две дочки…
— Ублюдок! Ты же их крестный!
— Ц-ц-ц. — Том отступил и покачал пистолетом, бросив взгляд на тазик. — Мы же с тобой старые друзья? На этот счет можешь не беспокоиться. Скажу тебе правду — их никто не тронет, просто старики злобствуют и хотят, ну… — Он почесал нос. — Чтобы ты испытал… немного отчаяния? В конце концов, это из-за твоей ошибки им сидеть в тюряге следующие десятилетия? Так что сострой грустную мину, нам нужны доказательства.