Некоторое разнообразие в их «монолитные ряды» могли бы внести корейцы и японцы, которые, как выяснилось, тоже уважали данное божество, но политические и культурные разногласия заставляли корейцев держаться чуть в стороне, а японцев — еще дальше. Если кто-то из них и оказался среди сторонников «Дракоши», то определить их по внешности я не мог. Ну а язык тут все использовали один — системный.

Мог ли я доверять китайцу? Трудно сказать. Вряд ли Цинь Лун действительно испытывал ко мне благодарность за устранение конкурента, но и мстить у него вроде поводов не наблюдалось.

— Кто желает быть следующим?

— Пойдем по порядку, — отозвался Мечник. — Меня зовут Билл Мичиган, и если имя тут настоящее, то фамилия… Скажем так, дань одному важному событию в моей жизни. Возможно, некоторые из вас узнали меня как «Чикагского Мечника», но власти США, откуда я родом, уже признали ошибку и сняли с меня все обвинения…

Я отметил формулировку — «сняли все обвинения», а не «я невиновен». То, что он предпочел признаться самостоятельно, не особо удивило — дело было громкое и его неминуемо должны были узнать. При этом форма признания намекала, что он соблюдал правила и избегал открытой лжи.

— Также я — верховный жрец Кетцалькоатля, — продолжил Билл. — Двадцать девять лет, пятый уровень и четвертый рангвладения мечом . Мой дар… Скажем так, одна из разновидностейневидимости … У меня шестнадцать человек. Из них половина — ветераны.

Не так уж и много. Желающих прибиться к группе сильнейшего, на текущий момент, игрока может, и было больше, но он брал только последователей ацтекского бога. И тех, за кого они поручились. Учитывая, что большинство новичков в его отряде были женщинами, я втайне подозревал его в подготовке массового жертвоприношения… Шутка.

Я вновь задумался, пытаясь решить, как отношусь к человеку, на счету которого десятки трупов. К убийце, способному внезапно нанести удар из пустоты. М-да… Описание звучало как-то уж слишком похоже на меня самого. Конечно, я не убивал на «той стороне», но убийство есть убийство. Это не сон и не игра, а гоблины вполне реальны. По сути, единственное, чем мы все здесь различались, — это количество оставленных за спиной трупов. Уверен, каждый тут скажет, что убивал из необходимости. Так что, само собой, Мечник не вызывал у меня теплых чувств, но и ожидаемого отторжения тоже. Я вообще старался относиться ко всем с примерно равным предубеждением.

В конце концов, он не выглядел свихнувшимся от страха или жажды силы маньяком, готовым убивать всех подряд. Так что в моем отношении преобладало не отвращение, а настороженность… Возможно, он просто хорошо маскировался.