И ещё через примерно минут сорок мы наконец вышли в знакомый район, окружённый туманом. Перекрёсток был уже рядом. Вдалеке появилась статуя бога ленности у домашнего очага.
— Получилось! — обрадовалась Маруслава.
— Люблю стабильность и маленькие эхо, где не кружится голова… — выдохнула Саша.
— Хаосит бы так не сказал, — заметила волшебница.
— Хаосит может говорить как угодно, что угодно и чем угодно. Но ты нихрена не знаешь о хаосе.
— Потом будете выяснять отношения, — сказал я. — Пора работать.
Мы оставили вещи у алтаря, взяли рабочий инвентарь и начали создавать причину, по которой этот кусочек Города будет намертво привязан к нему.
Все картины с алтарями Мару в разных частях Города устанавливались вокруг постамента, так чтобы портрет смотрел на изваяние кота в ящике.
Картины мы не могли пронести в картину, но через воплощение это было возможно. С обратной стороны же была точка выхода — рисунок галереи, где она хранилась, или чернота, если была закрыта драпировкой.
Сейчас же вид из всех картин был одним — на статую Мару. Разве что с разного ракурса. У каждого алтаря будет картина одной и той же направленности, не выбивающаяся из общего дизайна всех алтарей. Каждый алтарь через эту картину будет связан с главным алтарём здесь.
Город не убирает то, что прописано в его мифологии и является его частью. Мару упорно становился его частью, но в прошлый раз он играл не по правилам. Он повышал эхо.
Сейчас же повышения эхо и массового пробуждения первоуровневых не случалось. Алтари — всего лишь объект искусства, посвящённые интернет-мему. Ничего плохого картины в себе не несут — и ладно. А кому интересно — прогуляется и посмотрит на первый храм Мару на перекрёстке.
Главным подводным камнем было то, чтобы сюда не начали через картины ходить люди. Но никто за всё время существования порталов-картин к нам на дачу через них так и не пожаловал. Это говорило в пользу того, что первый уровень не видит свойства картин и не могут в него проходить. Вернее, здесь как со временем, нужно ткнуть носом, чтобы человек понял.
К счастью, все алтари находились не на видных местах, и люди здесь бывали не часто. Движений в картинах они не замечали. Хотя образ по ту сторону должен был меняться. Похоже, на первоуровневых порталы не работали. Но оставлять бдительность не стоило — улитки ведь как-то прошли?
Мне нужен был чёткий образ, связывающий наш перекрёсток с Городом. Так перекрёсток становился частью общей мифологии, связанной с Мару. Пусть даже это и не культ, а всего лишь мем. Здесь главное внимание, а в идеале — ещё эмоции.