— Лея, что с ним?
— У них нет мозговой активности и эмоций. Они только выглядят как люди!
— Как ты это узнала? — прорычал мужик, не поверив.
А затем раздались выстрелы. Причём начали первыми именно они.
Понятно, что у них не было шансов против акцессии в две с лишним сотни единиц. Ни одна их пуля цели так и не достигла. А вот наши выстрелы попали куда нужно все.
Мужик и его помощник вдвоём вбежали на корабль, бросив оружие. Остальные люди замерли, перепугавшись. Ещё четверо вооружённых мужчин из первоуровневых так и не выстрелили. Одно дело стрелять в монстров и совсем другое — в людей. Этот ступор стоил им жизни — в том плане, что по ним хоть не прилетело.
Стрелять в спину убегавшим я не стал. Мне вообще это всё сильно не нравилось.
Тело сержанта повалилось на пол и разбилось на две части. Я посмотрел на красный лёд. Биологом я не был, но, вроде бы, внутренности у людей должны выглядеть примерно так. Правда, лёд сильно искажал вид.
Кого-то из мирных стошнило. В пацифистской утопии этот вид смотрелся особенно дико.
Корабль поспешно задраивал люки и улетал в космос. Никакие летучие твари его не трогали, но это было слабым утешением. Выглядело всё так, будто мы просто перебили группу спасателей, которые пришла на помощь, рискуя собой.
— Ты уверена? — спросил я у Леи.
— Лоральялин учила меня читать души эмпатией, посредством зеркальных нейронов. Это был не человек.
Мои глаза говорили мне абсолютно иное, а чуйка предательски молчала. Нет бы чтоб убитые космодесантники встали, как одержимые, принялись регенерировать и бросаться — но нет, они лежали на земле, как самые обыкновенные люди.
Люди, оставшиеся с нами, судя по их перепуганному виду и взглядам, которые они бросали назад, видели в нас сейчас опасных психопатов и не побежали на корабль только из страха, что мы пустим очередь им в спину.
Я тяжело вздохнул.
— Хаос коварен, — сурово добавила Вечная.
— Угу, не то слово, — сказал я и, выметая из головы лишнее, бросил. — Идём в зелёную зону.
Зелёной была та зона, в которой ещё было сопротивление людей. И самое главное, пробуждённые, как мы.
Спорить никто не стал. Мы покинули место приземления корабля и направились дальше по карте в сторону центра. На этот раз никто не говорил, а люди себя чувствовали заложниками.
На всякий случай я сказал взять их в кольцо, якобы для охраны, а на деле скорее, чтобы они не попытались сбежать, тем самым лишив себя шанса остаться людьми. Но вскоре это помогло против порождений ланцетного роя. Получилась круговая оборона от орд тварей, но Красноглазка, которая мило улыбалась и шла рядом с людьми в центре, сильно меняла расклады на поле боя.