Топор был потерян, пуль не оставалось, огонь больше отвлекал, чем мог реально подпалить мокрое дерево… что остаётся? Из всего арсенала — только палка и кухонный нож.

Я выбрал последний. Пытаться забить дерево арматурой — всё равно что провалить тест на аутизм.

В левую руку я взял керосин и чуть приоткрутил крышку. Очередная попытка монстра напасть и оттеснить Мирта удалась, но в следующую секунду я ответно брызнул из бутылки.

Тварь посмотрела на меня, а я — вогнал нож гуманоиду в солнечное сплетение.

Существо пошатнулось, но умирать не планировало — напротив — из монстра вдруг проступили и мгновенно ударили лозы, пронзая плечи и отбрасывая назад.

Мирт уже едва стоял на ногах. Не живой, не мёртвый.

Он из чистого упрямства сжимал трофейный меч, а левой рукой рыскал в заднем кармане джинс в попытках что-то найти.

Я снова ударил ножом, одновременно поливая врага горючим. Монстр провернул в ране лиану и начал пускать корни в моём теле. От плеча потекла невыносимая боль. Самая сильная за время моего пребывания в городе.

Но я собрал остатки сил.

Если бы только завалить босса, времени было бы — уйма! Должен быть способ!

Но кроме огня ничего в голову не приходило.

Я сорвал с себя сумку. Жаль будет её лишаться, но… ничего не поделаешь. Жадность — слишком сильное чувство.

Три слова неведомого языка, направленные внутрь сумки, и остатки керосина, баллончики горючего лака и прочие расходники воспламенились.

Я едва успел в последний момент отдёрнуть руку, но взрывом всё равно достало и её, и меня.

Босс взвыл и попытался сбить с себя пламя, но вышло неуклюже.

Лямки сумки отлетели, руку обожгло невыносимой болью. Что-то так и осталось гореть, будто въелось в плоть. Но куда хуже себя чувствовал противник.

Судорожные движения руками. Рост листьев, которые попытались прикрывать горящие участки, и затем — падение обугленного куска дерева на пол.

В довершение сверху что-то щёлкнуло и со звонком включилась пожарная сигнализация. Сверху начал накрапывать искусственный дождь, а под ногами быстро собирались лужи.

На миг я испугался, что это вырвет победу из моих рук, но тварь всё же издохла.

— Ты как? — спросил я у Мирта. Тот полулежал, прислонившись к стене. Я думал, что он уже мёртв, но оказалось не совсем.

— Жив… пока… — прохрипел парень. — Он меня траванул… да и тебя по идее.

Я глянул на таймер. Очередная точка смерти должна была наступить уже совсем скоро. Странно, откуда бы? Здесь только я и Мирт, который при всём желании даже не встанет.

Хотя…

Из плеча боевого товарища тянулся алый росток и распускались первые листья.