— Они нас здесь заперли, — заметила девушка и спросила. — Что дальше? Как думаешь, каков шанс что мы здесь как в бункере, и кризис нас не коснётся?
— М-м… нулевой? — криво улыбнулся я.
Мой таймер отвечал на этот вопрос вполне однозначно.
Жить мне оставалось ещё пол часа.
30. Время не может быть лишним
— Уверен, что это поможет?
— Ну, зачем-то же они это делали, — пожал я плечами.
По помещению разнёсся тихий звук инструментального оркестра. Звук был другим — видимо «КиШ» они слушали с телефона, а симфонии были с оставленного здесь старенького дискового магнитофона.
— Девятая симфония Бетховена? — уточнила Рита. — Не смотри так, я в музыкалку ходила в детстве. Ты уверен, что это сработает?
— Я тебе что, знаток магической фауны? — огрызнулся я. — Этой штуки вообще не должно здесь быть.
— Интересно, с какого он эхо?
— Если я правильно понял, перетаскивать живность из другой версии мира не получится. Так что загадка. Одевайся.
— Уф…
— Давай, скажи ещё, что грязное.
— Зачем говорить очевидное?
Я взял один из лежавших у входа мешков, вытряхнул из него сено и вместо него бегло сгрёб всё что попадалось под руку. Надеюсь уже второй раз сгоревшая сумка вернётся ко мне на следующем круге, но пока так.
Мы начали переодеваться в висевшие рядом грязные шмотки, оставленные рабочими. Младший перед тем как выйти к гидре переодевался в такую.
Костюм был не испачкан, а вымазан специально. Скорее всего, гидра не реагировала на собственный запах.
Затем мы осторожно вышли за пределы комнаты с установками. Теперь гора мусора казалась зловещей. Где-то там под ним пряталась жуткая светящаяся тварь, сожравшая без следа всю нашу группу.
Под партию скрипки, сменившуюся флейтами и затем снова скрипкой. Громкость инструментов менялась. Послышался шум барабанов — на этом моменте куча мусора вздрогнула и показался кусок светящегося хребта ящера.
Мы замерли. Музыка начала медленно стихать. В симфонии началась спокойная часть. Гидра потрясла зелёной башкой, шумно выдохнула воздух и вновь скрылась за горой мусора.
Музыка начала чуть ускоряться, подключилась труба и флейты.
Я махнул рукой, призывая идти дальше.
Темнота становилась всё гуще и разглядеть путь перед собой становилось сложнее. Когда Рита чуть не перецепилась через груду сена, я всё же вытащил телефон и осветил дорогу тусклым экраном.
Наши шаги тонули в симфонической музыке, а на тонкий луч от телефона тварь не смотрела.
— Пришли, — прочитал я по губам у девушки. Она была взволнована. Сердце грозилось выпрыгнуть из груди. Это было видно по её частому дыханию.