Внезапно шум работающего устройства резко стих, и через него прорезался голос Горшка:

«В подвале тёмном, в дали от света, никогда не отступит от мрака завета»

«И никогда не покинет подвал. Когда жертва явится — разит наповал!..»

Последовала пауза.

«Подвальный ужас! Тебе не скрыться нигде!»

«Подвальный ужас! Быть с тобою беде!»

Шаги направились в нашу сторону.

Металлический скрип — кто-то открыл одну из цистерн, таких же как наша. Где-то в первом ряду.

— Интересно, — услышал я голос младшего во время паузы между песнями. — Сколько душ мы спасём?

— Сколько бы не спасли, этого пока мало. Олег бы так не переживал, если бы конверсия была в нашу пользу. Так что работай. На следующем круге последний заход, и уходим. Здесь могли завестись паразиты.

Младший выругался.

— Скорей бы боевая операция… хочу лично выпотрошить хоть одну крысу…

— Оставь вечному решать, кто и где должен работать. У нас общая миссия, брат. За человечество!

Пауза между песнями закончилась, и голоса вновь потонули в новой мелодии.

На этот раз слова были знакомыми. Тоже «КиШ», но на этот раз знакомая песня. В моей прежней жизни я знал её наизусть.

«В хронике моей есть последняя глава. К сожаленью в ней обрываются слова…»

Слушать «Дагона», повстречавшись с настоящим и его культистами, было вдвойне забавно.

— Сектанты, — коротко сказал я.

— Вы так и святую церковь Трибунала называли, — буркнула Рита.

Пришла мысль о том, как видит мир она. Я — проснулся однажды, прекрасно помня безрадостное будущее. А для неё — как видит мир она? Кем стала эта Рита в двадцать пятом или тридцатом году, например?

Или её в моей реальности вовсе не было?

Ещё одна тема для обсуждения с Таней.

Спустя полчаса однообразного сидения в тесном тёмном пространстве, где всё тело ещё только чудом не начало затекать, провокации Риты участились, и её страх сошёл на нет.

Когда девушка почти дошла до первого поцелуя, звук установки снова затих и вновь послышалась музыка.

Процедура с открытием новой тары повторилась.

Как бы они так и до нашей не добрались.

Хотя по идее должны бы знать, что здесь пусто.

Новые пол часа. Затем короткий перекур, в который парочка обсуждала отличие репертуара группы при разном эхо, из которого я выяснил, что они каждый раз слушали здесь «Короля и шута» и каждый раз в зависимости от эхо набор песен менялся с разной периодичностью.

Затем последовала вовсе какая-то математика с вычислениями, сколько раз встречалась какая песня. После чего вновь зашумела техника.

Романтическая атмосфера в бочке продолжения не получила. Пространства катастрофически не хватало, пошевелиться было негде от слова совсем, и конечности таки начали затекать. Здесь было уже не до всего этого.