— Кто дал тебе гидру⁈
— Под мостом…
— Под каким мостом?
— Гидра под мостом…
А затем улыбка выветрилась, как будто благовония в ураган.
Девушку выгнуло назад, как в тех самых жутких видео про наркоманов, она вдруг заорала, одновременно захрипела, а глаза её расширились от непередаваемого ужаса.
— Нет! Не-ет! Я не хочу! Я не хочу это знать!! Я не хочу всего этого знать!!! — заорала она и дёрнулась в попытке куда-то сбежать, но сил в теле практически не осталось.
Стало понятно, что она не просто сильно сожалеет о том, что натворила, но уже мечтает о смерти, лишь бы эффект гидры закончился. Это была какая-то агония — более жуткого зрелища я ещё не видел и век бы не видел ещё.
Мелькнула мысль добить беднягу просто из сострадания, но в этот момент она вдруг сама затихла и глаза её остекленели.
Послышался шум и открылась одна из дверей на лестничной клетке. На всю живописную картину упал луч электрического света из коридора ближайшей квартиры.
Стоявший на пороге мужик с охотничьим ружьём не знал, то ли ему нужно что-то говорить, то ли прятаться за дверью и срочно звонить в полицию.
Я взял инициативу на себя:
— Звоните в скорую, девушке плохо!
Это простое понятное послание заставило его вернуться домой.
Судя по шороху, за дверью другой квартиры нас тоже слышали, но боялись себя как-то выдать. Подумали, что пришли бандиты или вроде того.
— Алло? Скорая? Злославская одиннадцать! Девушке плохо! Что? Ээ… пена изо рта? Что? Да понятия не имею, что она принимала! Она на лестничной клетке… — донесся до нас отрывистый голос.
— Зачем жрать что-то, что приносит мучительную смерть? — озвучил я повисший в воздухе между нами вопрос.
Сверху по лестнице вниз спускалась Эла с сидящей на плече летучей мышью.
— Так… — выдохнул Мирт. — Всё, что вы только что видели — просто декорации. Напоминаю для особо впечатлительных и новичков. Утром эта страдалица очнётся в своей постели, выпьет кофе, и пойдёт на работу. Разносить добрым людям запрещённые вещества.
— Чем так, может лучше дать ей времени, пусть становится спящей, — предложил я.
— Чтобы превратить её жизнь в один сплошной кошмар? — послышался комментарий Риты.
— Ты чем-то недовольна? — уточнил я.
— Потом обсудите свои отношения, — бросил Мирт. — Уходим, если не хотите объяснять инквизиции, почему у неё на лбу печать кровной власти уничтоженной секты тауматургов.
28. Она все там же
— И что мы узнали? — спросила Рита у Мирта.
Мы возвращались обратно. К памятному месту под мостом.
По времени было полшестого утра. Занимался рассвет.
— Что надо было спрашивать у Августы про некромантию в этой реальности, — хмыкнул я, и Рита рассмеялась, а затем Эла мило спрятала улыбку в ладонь.