— Да. Они во многом напоминают демона голода, пусть и с некоторыми нюансами, дорогая. Против одиночки практически то же самое, — громко произнёс Алексей Шестой.

В этот момент пасти сомкнулись на моей ноге и боку. Первая особь явно не была особо крупной, а вот вторая казалась просто огромной да ещё сумела прокусить мою подкожную чешую.

— Брат, они же его съедят! — вскричала Варвара.

— Сестра, если вы не соврали, он выживет, — усмехнулся Император, затем тише добавил: — но если солгали, виноват здесь не я.

— Не-е-ет! Папа, ты хочешь убить его? — взвизгнул неизвестный мне молодой голос

— Ирина, ты здесь откуда? Советник, уведите мою дочь! Она должна быть на занятиях! Почему она не в институте? Выведите!

— Нет! Папа, нет! Я не уйду! Мама, останови его. Почему в нашем доме кого-то нужно убивать?

Тц. Отвлекают меня и пёсиков от веселья.

Судя по всему, эти монстры материализуются исключительно в моей слепой зоне.

За последующую минуту меня укусили сорок два раза, но не более двух раз одновременно.

Три пасти показались небольшими, но разными, а вот одна тварь была гораздо крупнее.

Клыки меня пока прикусывали, и это казалось странным. В моих представлениях псы, волки прочие хищные твари вгрызались и терзали добычу, а не делали ей экстремальный массаж.

Хм… неприятно. Но монстр новый, а потому глупо отказываться от того, чтобы получить чью-то способность.

Вот только как? Я не смог коснуться и даже нормально увидеть врага.

Стоп.

Увидеть? Удары из слепой зоны?

Неужели они могут бить,только пока я не вижу их?

Но ведь есть зрители.

Они боятся отражения в глазах цели? Да не, бред какой-то.

Однако проверить догадку стоит. Во время периодического моргания цели не нападали, тогда я просто встал и закрыл глаза.

— А? Йья-я-а-а-а-а! — взвизгнула Варвара.

— Советник, целителя! — закричал Император.

— Дорогой, она просто в обмороке. Да к тому же повалилась на кресло. Не стоит никого звать, пусть Шкипер приводит твою любимую сестричку в чувства. Дай парню умереть спокойно, вы собачек отвлекаете, — излишне саркастично произнесла одна из представительниц императорского гарема, пока челюсти вгрызались в меня всё усерднее.

Как только моя кровь пошла из шеи, ладони и обеих ног, я прохрипел:

—Изморозь… охлаждение…

Клыки остались в моей плоти, сообщения о ранах продолжали обновляться, но челюсти больше не шевелились.

Я открыл глаза и уставился на побелевшую от инея фигуру огромного остроносого пса, походящего на борзую. Это подтверждала и поджарая фигура.

При этом шерсть напоминала застывшее на фотографии пламя. Чёрное и очень длинное пламя. Я выдрал себя из пасти этой твари при помощи свободной руки, после чего стряхнул мелкую особь и снял вместе со штаниной ещё одну. Последняя отвалилась сама по себе.