По улице, трепыхаясь, словно на ветру, медленно летела стайка поисковых чар.

— Тень! Укрой меня!

— Слушаюсь, Хозяа-а-аин!

Я вжался в стену в полумраке разрушенного торгового зала в небольшом магазинчике, куда залетел, едва почуял чужую магию. Вокруг сгустились тени. Кожу стало неприятно покалывать. Ощущать себя в утробе бестелесного призрака было тем еще ощущением.

Потянулось длительное ожидание. Сгустки чужой магии внимательно осмотрели улицу. Один из них, похожий на сотканный из голубоватых росчерков энергетических линий скелет птицы, заглянул и в послуживший мне укрытием магазин.

Затаив дыхание, я наблюдал, как он плавно пролетел буквально в трех метрах от слегка колышущейся на невидимом ветру Тени. Но творение Темных Сил устояло. Поисковая магия облетела зал, заглянула за перекособоченный прилавок и убралась прочь.

Я уже хотел выйти из-под маскирующего покрова, но Тень меня остановила.

— Не стоит, Хозяин. Они сейчас будут здес-с-сь…

Они?

Но вот за разбитым витрины окном промелькнула одна фигура, затем другая. Высокие, облаченные в темные одежды, некоторые верхом на двуногих, похожих на зубастых страусов, тварях. Шли небыстро. Видно было, что переход дался им нелегко. Пропыленные и усталые. Несмотря на жару — их лица прятались под низко надвинутыми капюшонами.

Десять, двадцать, я сбился со счета на третьем десятке. А они все шли и шли. Вокруг порхали десятки заклинаний. И чем гуще становилась прикрывающая чужаков сеть, тем моя маскировка мне казалась все менее надежной.

Но вот вроде бы чужаки, наконец, закончились. Но я все стоял, боясь тронуться с места. Уж больно густо вилась вокруг магия.

И наитие не подвело.

Вскоре за разбитыми витринами снова замелькали фигуры. Вот новый отряд воинов, верхом на чертовых страусах, а вот и кто-то иной. Дюжина абсолютно голых грязных и нечесаных, но очень мускулистых мужчин тащили на плечах огромный паланкин. Он был обшит темной тканью и занавешен черными же шторами. Как в таком было не свариться на такой жаре, я себе просто не представлял!

Только сейчас я понял, что кроме негромкого звука шагов и цокота когтей гигантских недоптиц от чужаков не доносилось ни единого звука.

Паланкин уже почти миновал мое укрытие, когда вдруг, повинуясь легкому стуку изнутри, остановился. А потом вся дюжина голодранцев вдруг синхронно повернула головы в мою сторону.

Твою же мать!

Ощущение было, будто я оказался голым на футбольном стадионе в разгар матча!

Сердце окаменело, грудь перехватило. Легкие, кажется, забыли, что надо вдыхать воздух.

Там, из-под балдахина на меня пялилось нечто. Нечто очень нехорошее. Аура смерти затопила улицу.