Накорябаные карандашом строчки подергивались и расплывались. Они были явно написаны на ином языке. А может быть, все дело в навернувшихся на глазах слезах?

Я вновь посмотрел на башню. Восходящее солнце тонуло в ее острых гранях. А потом перевел взгляд на вырубленный сад. И увидел.

Тощие похожие на богомолов тени. Они медленно крались между пнями. Останавливались, исчезали из этого мира и появлялись вновь. На них было больно смотреть. Грани тел, изломанные в самых неожиданных местах конечности, подрагивали и множились, с трудом удерживаясь, чтобы не распасться на части.

Они здорово смахивали на мою Тень.

Охотники. Творение Системы, призванные стирать из ошибки и тех, кто думал, что сможет при помощи них обхитрить Систему.

С бешено стучащим сердцем я смотрел на их плавный «танец» вокруг меня, с трудом борясь с желанием активировать Черный Меч и наброситься на ублюдков, что убили Аура. Но я отлично понимал, какая это будет глупость. Охотники созданы для того, чтобы их нельзя было победить. От них можно было только бежать или скрываться.

Вскоре они ушли, а я еще долго проклинал себя за трусость.

Клянусь. Однажды, они получат свою долю мести.

Едва я покинул сад из искореженных пней, как все стало просто и понятно. Бесконечный Город — мир с ордами зомбарей, редкие поселения с жестокими вождями, банды, что только и ждут, как бы поиметь более слабого и глупого, и жаркое солнце, которое выжигает Город дотла. Но в глубине памяти свербела пустота. Как черная дыра она притягивала мысли, но они не могли нащупать ничего, и от этого было почти физически больно. Гнетущее давление Системы после свободы близ Башни ощущалось, как стальная клетка. В ней невозможно было дышать.

Ярость взбухла во мне подобно бескрайнему прибою. Злость на этот дурдом. Ярость бесконтрольная и безбрежная.

Активировав Черный Меч, я набросился на ближайших зомбарей, подобно вихрю.

И раз, и два…

Вспыхнул Посмертный Костер.

Три, четыре…

Еще один. Я рубил гнилых ублюдков одного за одним, десяток за десятком. Без устали и без мыслей. Настоящая Машина Смерти для немертвых. А когда все же устал физически, вызвал Черный Туман и принялся кромсать их с утроенное злобой. Шел вперед, вырезая улицу за улицей. За сгинувшего Аура. За истерзанные жизни тех, кто попал сюда.

Я кромсал все новых и новых мертвяков, и им не было конца и края.

К ночи безумие слегка отпустило. Без сил я завалился спать, а когда проснулся, в этот мир вступил новый я.

Братство? Пусть будет Братство. Иметь Цель, много лучше, чем ее не иметь. Возможно, я и впрямь буду тем, кто первым покинет Город.