тысячи пусков, порвав тетиву десятки раз, можно было «слиться» с оружием, стать настоящим мастером. А много ли таких умельцев в жизни встретите? Охотники и те из скотоводов, что охотничьем промыслом занимаются, да помещики, у которых время на ежедневную подготовку есть, и потому стрелы с детства мечут. Вот и все — лук к себе постоянного внимания требует, и взяться умелым стрелкам просто неоткуда. Арбалет осваивают куда быстрее, все же подобие приклада есть. На короткой дистанции от стремительного удара болта ни один доспех не спасет, пробивается. Все же мощь арбалета куда больше — тетива не рукою, механизмом натягивается, или «козьей ногой». На худой конец крюком, что к поясу подвязан — все же мускулы ног сильнее рук, когда встают, тогда и натягивают тетиву. Да и обучение намного легче и быстрее, да и стреляют из него, когда твердо стоят на земле, хотя конные стрелки тоже есть, только у них арбалеты гораздо слабее. Одна у него беда, непреодолимая — дорогостоящая игрушка, отряды наемников десятки человек, редко когда сотни достигают — сильно по карману даже королей бьют такие расходы! Хороши лук и арбалет, но перед мушкетом все их достоинства в недостатки превращаются, ибо мощь пороха куда больше обычных человеческих сил, в мускулах заключенных. А «колпачковая» пуля вдвое дальше летит, и точнее. А ее вес больше тройской унции (на пару пуль трехлинейки тянет), и когда раскаленный свинец попадает, то мало никому не покажется — если броню не пробьет, то ребра переломает, из седла вынесет. Калибр ведь в почти 20 мм, считай мелкокалиберное артиллерийское орудие. Да и стрелка проще подготовить, нужно только довести все его движения до рефлекса. Полгода оказались вполне достаточным сроком (но лучше все же год), жаль, что успели подготовить только шестьсот стрельцов, и то с чрезвычайным напряжением всей Новгородской «республики». Стволы и свинцовые пули научились делать быстро, благо мастеров и умельцев в городе было множество, он ими славился не только в русских землях, но даже в Ганзе, где цехов оружейников хватало. Проблемы начались с замками — тут точная работа требовалась и листовые пружины. Только сейчас по одному-два замка в день научились делать, а стволов — мушкетных и пистолетных по полдесятка легко отковывали, причем почти без брака — приловчились, руку набили. Могли бы и больше, но тогда просто пороха на подготовку стрельцов не хватит. А на мушкеты временно ставить стали обычные фитильные замки, по единственному образцу, который имелся у реконструкторов.