— Ну, почему сразу плохого? — Игнат посмотрел на меня удивлённо. — Капитан Сусликов просил передать, что у него появились очень срочные дела, и попросил извиниться за него. На самом деле он ждал часа два, пока вас закончат осматривать. Но когда госпожа Лебедева пришла на кухню за едой, сказав, что на вас напало вдохновение и вы очень заняты, что-то рисуете, то все сразу поняли, что капитан может вас сегодня уже не дождаться. Вот он и попросил извиниться и уехал.

Я медленно перевёл прищуренный взгляд на Тихона. Но денщик лишь руками развёл.

— Я по кухням не болтаюсь. У меня было задание — все сапоги вашего сиятельства перечистить, вот я и чистил, а не на кухне лясы точил. — Возмущенно проговорил Тихон.

— Молодец Сусликов, и ты Тихон тоже молодец, — я задумался. — И с чего бы он так сорвался? На свадьбу-то приедет? Сусликов ничего не говорил по этому поводу?

— Говорил, — ответил Игнат. — Сказал, что он боевой офицер и как никто другой знает, что такое честь не только применительно к слову.

— Весьма расплывчатый ответ и никак не отвечает на мой вопрос относительно свадьбы, — медленно произнёс я.

— Так ведь я ещё и не ответил до конца, — Игнат перевёл дух. — В общем, капитан сказал, что он знает, что такое честь не понаслышке, и обязательно приедет непосредственно на свадьбу, чтобы вместе со всеми стать свидетелем вашего счастья, ваше сиятельство и госпожи баронессы. И что приедет он не один, а с молодой женой. В общем, чтобы все порадовались и его счастью заодно, так сказать. А сейчас он вынужден уехать, потому что ему нужно получить согласие на свадьбу у главы клана, а он, как-никак в Москве проживает. Но, так как дирижабли летают регулярно, он надеется всё успеть сделать очень быстро. Вот теперь я закончил. — И Игнат замолчал.

— Охренеть. У меня впервые нет слов, вообще никаких, — пожаловался я непонятно кому. — Так, а что там мой непосредственный свидетель? Я его увижу, или он потерян для общества?

— Марк Чижиков обещал завтра прибыть, чтобы начать обсуждать детали торжества. Он мне сам об этом вчера сказал, — и Игнат слегка покраснел. — Мы с ним встретились, наслаждаясь пением несравненной Жу-Жу.

— Я так и понял, что вы именно что пением наслаждались, — я покачал головой и вошёл в кабинет, оставив Игната с Тихоном в коридоре.

Жу-Жу металась по сравнительно небольшой комнате и как никогда в этот момент напоминала экзотичную птицу, бьющуюся в тесной для неё клетке.

— Что случилось? — спросил я, закрывая за собой дверь. — Судя по твоему виду, произошло нечто ужасное. Как минимум мой дом сгорел, как максимум… я даже не могу представить себе высоту предела, до которого могу дойти в своих фантазиях.