— Вот,. — через несколько минут вернулся он, отряхивая от земли коробочку. — Хотел на новый год подарок сделать…

— Хм. Может, еще и сделаешь, — проговорил я, задумчиво рассматривая явно недорогую серебряную подвеску. Даже камушка какого-то завалящего нет. И хотя для детдомовца это невероятное сокровище, даже обычные девушки, не то что аристократки, лишь посмеются, гладя на подобные украшения.

— Ладно… план меняется. Подаришь это своей зазнобе, может, и она тебе в ответ что даст, — вздохнул я, приободрив залившегося пунцовой краской товарища. — Идем.

К женской роте мы подходили всем командным составом. Полный взвод. Смотрелось это, правда, несколько странно. Я и большинство товарищей, первокурсники, на фоне дружков Тарана казались реально малолетками, хотя разница у нас всего три года, в этом возрасте существенная. Даже многие девушки одногодки — выше.

Кстати, о прекрасных птичках. На подходе к женскому общежитию, или ротной палатке Ж, стало заметно, что настроение у девушек отвратительное. Неудивительно, учитывая, что их схватка была только вчера, и почти треть личного состава валяется в лазарете, да и те, кого лишь задело, ходят с синяками.

— Сашка! — довольно крикнула моя рыжая, без стеснения бросившись на шею. Это она так остальных от меня отгоняет или… впрочем, я был не против проявления ее чувств, благо мы уже достаточно близки, чтобы не скрывать. Почти официальная пара, но при этом с существенными оговорками. Ту же девственность она до сих пор хранила, хотя захоти я, и в любой момент мог бы воспользоваться слабостью девушки.

— Привет, красавица, — улыбнулся я, отвечая на поцелуй Ангелы. — Тебя вчера не задело, надеюсь?

— Пфф, нет, я же из легкой пехоты, — отмахнулась лиса. — А у вас чего?

— Дело к вашей старшей, — ответил я, подставив локоть, который девушка тут же взяла, примостившись рядом. — Все так плохо, как я вижу?

— Нет… все гораздо-гораздо хуже, — поморщившись, ответила Ангелина, и буквально через минуту мне пришлось в этом убедиться лично. Треть коек в палатке была занята, и даже две печки не спасали трясущихся в спальниках девушек. Ротная, огненноволосая третьекурсница Лена Жарская, по слухам, бастард знатного княжеского рода, сидела у буржуйки, подбрасывая мелкую щепу. И выглядела она не лучшим образом.

— Привет, — поздоровался я, помахав рукой. — Как ваше «фигово»?

— Раз видишь, чего спрашиваешь? — хмуро спросила Лена. — Спасибо за ратников, если бы не эти доспехи — нас бы вперед ногами князьки вынесли.

— А так просто вы их выбили, — ответил я. — Поздравляю. Правда, чувствую, что цена оказалась… слишком высока.