— Тебе привет от наставника, — довольно ухмыляясь произнес Бобров, занесший над головой дубину на манер меча и со всей силы обрушивший оружие мне на голову.
Не собираясь доставлять ему такого удовольствия, я рухнул на колени, увлекая за собой не ожидавших такой подлянки противников. Они снова стукнулись головами, а затем по ним еще и дубиной прилетело. После чего я даже стонов не слышал. Прибил он их, что ли? Не хотелось бы.
Воспользовавшись секундным замешательством Боброва, в темноте он еще не понял, что произошло, я высвободился из ослабевших пальцев и бросился на противника, с ходу впечатывая ему кулак в солнечное сплетение. Враг попробовал отмахнуться дубиной, но я уже был у него за спиной, ударил под колено пяткой ботинка, заставляя упасть на дорогу, а затем без жалости врезал по ушам ладонями — оглушая.
Оглянулся — чисто. Вся драка заняла не больше трех минут, а за счет круговорота земли я даже особо не устал, только изо рта с каждым движением вырывалось облачко пара. Пятеро поверженных, почти все штатное расписание группы А, до сих пор проходившее отсевы, валялись на замерзшей земле. Хотелось их так и оставить… но ведь замерзнут.
— Дежурный! Нарушители! — что есть мочи крикнул я, и тут словно из-под земли на тропинку выскочили несколько человек с фонариками и с ухмылками на лицах. Судя по форме, дежурные из второкурсников. Вот только при виде открывшейся им картины улыбки с лиц быстро сползали.
— Ты что наделал, уродец⁈ — схватившись за дубинку охранника, проговорил старший из них, и я тут же попятился, понимая, что драться еще и с ними мне сейчас совсем не с руки. У этих ребят и силы, и умения куда больше. Но в этот раз до драки не дошло.
— Что происходит? — донесся до нас недовольный голос Василия, и второкурсники нехотя отступили.
— Этот напал на наших первогодок, — заявил дежурный, наведя мне на лицо свет фонаря, специально, чтобы я не мог разглядеть говорившего.
— Вот как? И сделал он это в одиночку против троих? — со смешком спросил наставник.
— Пятерых, — поправил я его. — Один должен быть в кустах, один со сломанным носом в той стороне.
— Все ясно. Раненых в лазарет! — приказал Строганов. — А с тобой, курсант Иванов, мы поговорим завтра. После отсева. Выполнять!
Глава 5
— В нашем полку убыло? — саркастически хмыкнул Леха, когда утром на построении отправленных мной в лазарет не оказалось. Учитывая злобные взгляды оставшегося третьего и вторых курсов и последнего из 1А студента, ничем хорошим это закончиться не могло. Для них, естественно.
И ведь если на первом курсе больше всего было наших, бывших ТУФ-овцев, то на втором примерно поровну, а третьем и вовсе мы оказывались в меньшинстве. Что при оценке реальной силы прямо вело к нашему поражению. Один второкурсник стоил если не троих, то по крайней мере полутора моих одногруппников. А уж инициированные третьекурсники и вовсе… я еще, может, сбегу — остальным даже это не удастся.